– Обороняйся. Заставь его вернуться в озеро, а можешь даже попробовать перехватить у меня контроль над ним.
– Ты свихнулся!..
– Во имя Одина, Селена! Твои трусость и нерешительность бесят меня! Когда столкнешься с реальной опасностью, тоже будешь причитать и сетовать?
Ведьма, услышав слова Локи, с вызовом подняла глаза на змея, но она не представляла, опять не представляла, что нужно делать. Она топталась на одном месте, все ещё глядя на три переливающиеся головы, что угрожающе висли над ней. Селена как будто хотела телепатически одолеть их, но эта тактика была здесь неуместна, и она стояла бы так неизвестно сколько времени, если бы Локи не дал волю существу и не направил бы его с агрессивным ревом точно на девушку.
Селена среагировала моментально и тут же выставила вперед обе руки. Водяные змеиные головы зашипели куда пронзительнее обычного и как будто даже болезненно. Губ Локи коснулась мистическая усмешка, он чувствовал, что Селена сопротивляется ему, и нехило. Тем интереснее было продолжать неравный на первый взгляд бой.
Девушка смотрела на своего врага, не позволяя ему приблизиться к себе, а змей же словно бился своими тремя головами о невидимую преграду. Он злобно скалился, желая немедля добраться до своей жертвы, но Селена, обратив все внимание на среднюю голову, кажущуюся ей особенно враждебной, вдруг каким-то образом, причем она сама не поняла каким, заставила её сморщиться, превратила её в форму размазанного желе, но всего на мгновение смогла удержать свою оборону. Локи ловко вернул все на свои места, и пока он тратил на это долю секунды, девушка резко сжала ладони в кулаки, и средняя голова взорвалась, и внутренности, состоящие исключительно из воды, окатили её. Теперь на неё взирали четыре пары яростных глаз, в которых, как показалось Селене, даже горели нефритовые зрачки.
– Неплохо, – комментировал маг, – а если так?
Первая голова внезапно рванула вперед, и Селена, испуганно дернувшись, вскинула руку, сопротивляясь огромной силе давления со стороны Локи. Змей широко раскрыл свою пасть, и ведьме удалось рассмотреть впечатляющие остроконечные зубы, которые запросто могли бы прокусить кожу, если бы не состояли из воды. Перехватить контроль над этим гигантом было сложной задачей, но вот заставить его вновь и вновь отступать ведьма могла. В то же время она понимала, что нельзя ограничиться лишь этим, невозможно бесконечно сдерживать его мощь, закрывшись щитом, – необходимо завершить бой в свою пользу. Ведьма не понимала, как ей найти выход, как уничтожить возникшее из небытия существо, вызванное заклинаниями бога обмана. Одно ясно: хитростью его не взять, а только прямым воздействием. Не имея, однако, навыков борьбы, она подумала, что пора начинать импровизировать.
Локи же, зная наперед мысли девушки, одобрительно улыбается. Он не собирается мешать ей действовать, он сражается настолько честно, насколько умеет, он вкладывает столько силы, сколько позволяет ему его пока что неопытная ученица. Хотя, надо отдать ей должное, для первого своего поединка со сверхъестественным она довольна изобретательна в своих методах борьбы.
Наконец девушка решилась: она направила свою энергию на последние оставшиеся головы, и в тот же миг в воздухе заштормил ветер, приминая траву и цветы к земле, срывая листья с деревьев и сметая пыль с каменных стен и пепел с забытых костров, он вскоре стремительным столбом завертелся прямо в Рунном озере, постепенно захватывая воду. Локи удерживал змея до последнего, уводя его все дальше от вихря. Он испускал рык, будто действительно испытывал боль и страх из-за скорой погибели. Скорость вихря практически достигала своих пределов, пытаясь захватить изворотливого змея в ловушку. С одной из голов было покончено даже быстрее, чем Селена предполагала: ту захлестнула мощь воронки. Локи понимал, что придется отпустить и последнего, ибо взять управление над её так называемым ураганом ему никак не удавалось – тот был настолько интенсивным и могущественным, что мог без должного контроля обрушиться на Обитель и затопить её.
Тогда и третьей голове пришел конец, и как только она полностью пропала, Селена резко опустила руки вниз – и озеро поглотило воронку с той же неимоверной быстротой. Вышедшие из его пределов волны плеснули на валуны; создание Локи вернулось в пучину, а на водной глади остался плавать лишь погасший цветок Хлин, будто одинокий парусник.