– Священные сады Санти. Фрейя много об этом рассказывала, а ей – Гроа. Только вот простым ведьмам вроде меня туда путь закрыт. Обряд знают лишь избранные.
– А что, если ты тоже относишься к ним?
– К избранным? Не смеши.
– Твоя мать имела какое-то отношения к сестрам ковена, я почему-то в этом уверен. И кстати говоря, ты совсем ничего не знаешь о своем отце. Что, если он ещё жив и ищет тебя, например?
– Вряд ли, – покачала головой девушка. – А вообще, мне нет дела до отца. Я не хочу иметь ничего общего с ним и, думаю, моя мама тоже не хотела, раз сбежала от него и спрятала меня. Фригга рассказала, что она страдала. Полагаю, это все из-за этого мерзавца. Он был насквозь пропитан тьмой. И я не хочу быть её частью. Разве ты смог бы признать отщепенцев своей семьей на моем месте?
Её вопрос заставил аса задуматься. Селена слишком сильно обижена на свою настоящую родню, настолько сильно, что готова идти против неё до конца. Её характер все больше раскрывался, он был упрям и сложен, а вместе с тем и противоречив. Она придумала образы и построила иллюзии, в которые сама же и поверила, но они отчасти были близки к реальности. Она противостояла собственному любопытству из страха, она боялась правды. Локи осознавал, что какой бы слабой и хрупкой она ни казалась, вряд ли кто-нибудь сможет подчинить её однажды. За исключением его самого, естественно, ибо она добровольно вручает ему борозды правления.
– Ты даже не представляешь, как тебе повезло, – вдруг сказала девушка и с мечтательной улыбкой посмотрела вверх, – у тебя есть родители, есть старший брат, который любит тебя и всегда готов защищать. Единственными, кто поддерживал меня, были няня и Фрейя, но первая была бессильна против воли царя, а вторая… просто бросила меня, а когда опомнилась, было уже поздно. Дети сторонились, а Ингрид, которая управляла приютом, ненавидела меня. Вокруг только страх и ненависть, изредка разбавляемые самой нежной и искренней любовью няни. Я чувствовала, будто нахожусь в какой-то клетке, словно пойманный зверек, распотрошивший мешки с крупой. Каждый, кто проходил мимо, считал своей обязанностью пнуть мою клетку, оглушить меня звоном её замка, и только под покровом ночи, пока никто не видит, меня кормили и выпускали погулять. Когда моя магия стала проблемой, меня и вовсе отгородили от остальных, и принцесса постоянно находилась рядом, обучала меня. Знаешь, мне кажется, что люди не могут так притворяться… Я считала её сестрой. А Ньёрд, пока я росла, готовил план, чтобы избавиться от меня. Все свое детство я провела в надежде, что где-то есть и моя семья. Помню, как однажды я хотела сбежать из приюта и отправиться на её поиски.
– И что же тебе помешало? – Локи примостился на столе, чуть отодвинув книги. Селена стояла рядом, наблюдая, как вспыхивает и гаснет юркий огонек свечи, подвластный движениям её красивой, изящной ладони.
– Волк.
Локи внимательно посмотрел на ведьму, когда та повернулась к нему, оставив наконец свечу в покое.
– Тогда я впервые увидела этого мохнатого хищника с добрыми глазами. Он преградил мне путь и не дал покинуть пределы приюта. Этот волк являлся мне в самые тяжелые моменты жизни, то сном приходил, то явью. Он же нашел меня в Ётунхейме и привел к порталу, где я повстречала тебя и Тора.
– Это твой хранитель. У ведьм это не редкость. Норны посылают вам ваших скрытных помощников, но они не являются настоящими животными. Такой хранитель бессмертен и неуязвим, покуда живет его хозяин. Как только он умирает, с ним умирает и дух. Этот дух, он есть у каждого, но не у всех в образе волков. Пожалуй, волки охраняли исключительно сестер Монелис. Ведьмы, чьим оберегом является волк, считаются посланницами Фенрира. Это не есть хорошо, такие ведьмы способны вершить судьбы мира. Только таких ведьм по-настоящему стоит бояться.
– Выходит, Ингрид была права? Я – зло?
– Почему ты думаешь, что с великой силой приходит исключительно великое зло?
– Ты сам сказал, что меня нужно бояться.
– Вечно ты все не так понимаешь. Могущество – вот чего стоит бояться. А могущественный ещё не значит злой.
– Ты забываешь о Вестаре.
– Что ж, случаются в жизни несчастья. От них никуда не деться. Вестар – это ошибка, эдакая забава для норн, затейливая игра, которая вышла из-под контроля. Но все можно восстановить. Нужно лишь найти того, кому это под силу.
– Например?
– Не мне отвечать на подобные вопросы, Селена.
– А я думала, ты на все что угодно ответить можешь, – дразняще проговорила ведьма.
– Очевидно, ты перепутала меня с кем-то из недалеких дружков Тора. Это они привыкли болтать без умолку невесть что и даже не подозревают, что умение молчать там, где надо, это своего рода дар.