– О его наследнике?
– Именно. Хочется верить, что его кровное дитя однажды его свергнет. Хочется верить, что оно вообще существует на этом свете.
– Так странно… Нам ведь раскрыта лишь одна сторона правды, но абсолютно никто не знает, как выглядит другая. Быть может, наследник, на которого многие так уповают, окажется ещё большим злом, чем свергнутый им Вестар.
– Пророчество гласит, что наследник освободит его заблудших последователей от гнета презрения и, воплотив их в единый народ, направит к свету.
– Мне говорили, что нет границ между тьмой и светом…
– Тьма состоит не в магии, а в душе. Воспитанные на теориях кровной мести и мирового господства, они уверены, что могут потеснить богов. И эта их вера настолько сильна, что способна смести все на своем пути.
Легенды о многом умалчивают, когда слышишь их в детстве и даже не задумываешься, сколько ответвлений они имеют, сколько маленьких трагедий порождают и как опутывают прочными нитями само мироздание. Черные Воители и тот, кто управляет ими, никогда не дремлют. Никто теперь не знает, откуда ждать беды и ждать ли вообще. Затишье, как и все остальное, не может продолжаться вечно. Этот урок Селена усвоила. Ведь её жизнь в Ванахейме, её мучения в приюте, её плен в Ётунхейме – все это закончилось. Когда-нибудь и темные колдуны под началом Вестара начнут свое новое наступление, и тогда безымянный наследник станет единственным, кому будет под силу все изменить.
Все рассказанное Асне и все передуманное за эти минуты, пока Селена спускалась в обеденный зал, полностью отвлекло её от предстоящей встречи. В мире она видела вещи куда более важные, требующие отваги и жертвенности. А то, чем обременяет себя она, является пустяком, не заслуживающим особого внимания. Локи может продолжать измываться над ней сколько угодно, а она будет продолжать оставаться равнодушной, во всяком случае сделает все, чтобы он таковой её видел. В конце концов, её предназначением вряд ли является всю жизнь избегать с ним общения. Сильнее она сделается, если будет сталкиваться с ним ежедневно и учиться защищать себя и свое сердце, прислушиваться только к мудрым словам здравого смысла.
Но где тот здравый смысл в момент непреклонного сердечного порыва?
***
Вскоре резные огромные двери выросли перед ней, и Селена невольно замедлила шаг, чувствуя, как сердце учащает ритм, как в голове поднимается шум. За дверьми слышится смех. Чего она так боится? Страшно подумать о том, что будет, когда она нарушит их веселье, когда ворвется и внесет с собой чуткую тишину, заставит лица скиснуть, обратит на себя их взгляды. Страшно получить чуть больше внимания, чем ей хотелось бы, страшно стать причиной раздражения гордой Сиф, страшно видеть безразличный и одновременно пытливый взгляд Локи. Её тело как будто шло под гнетом тяжелых кандалов, что безжалостно сковывали щиколотки и запястья. Она делала шаг за шагом, все больше прислушиваясь к гоготу за дверью, различая голос явно подвыпившего Вольштэгга, увлеченного собственной байкой, хохот Тора вперемешку с искристым смехом остальных, среди которых не смогла разобрать единственного, имеющего для неё значение.
Все намеченные ею установки вмиг стерлись, будто с электронного носителя.
Наверное, стало чуточку легче, когда она подумала, что Локи давно покинул эту теплую компанию, ведь он так редко проводит в её окружении время. И тогда Селена вздохнула свободнее и более смело двинулась вперед, на ходу отдав легкий книксен охраннику, что отворил для неё дверь.
И вот, как она полагала, смех затих, словно притаился за чертой порога, в углу, чтобы напугать её своим резким выпадом и прокатиться по богатому помещению с удвоенной силой. Селена появилась на обозрение всех присутствующих, которых, к счастью, было не так много, но среди которых Локи она увидела первым. На его лице не было даже тени радости, и его серьезный и даже сердитый взгляд с первых секунд обрушился на неё, как буря.
«Представь, что его нет, его здесь нет», – твердила ведьма, заставляя себя выглядеть естественней в глазах асов. Тор поднялся ей навстречу, следом за ним со своих мест встали и остальные мужчины, приветливо поклонившись, и только неохотно поднявшийся со стула Локи не почтил вошедшую своим приветствием.
– Наконец-то, Селена! Мы заждались тебя! – Громовержец не забыл припасть к её нежной руке пылающими губами, оставив на коже влажный поцелуй с привкусом эля. Он учтиво проводил её и усадил рядом с собой, по другую сторону от брата.
Локи, как и все присутствующие здесь, не мог отречься от того очевидного факта, что ведьма выглядела великолепно в этом элегантном платье, подчеркивающем её маленькую, но стройную фигурку, полностью открывая вид на тонкую шею, на которой, маг помнил, помимо лунного камня, красовалась соблазнительная родинка. Её улыбка была красивее рассвета, а глаза блестели гораздо ярче звезд. Младший Одинсон, отсчитывая секунды, бросал на неё свой угрюмый взгляд и все сильнее стискивал вилку в руке. Его бесило, что брат мгновенно окружил её заботой, что он даже не подозревал, ради кого она в первую очередь расселась здесь, его бесило её неизменная застенчивость, её притворная улыбка, её совершенно неискреннее желание видеть их всех перед собой, бесила её любезность, её лояльный характер, её благодарность в глазах, которую она не уставала выражать за теплые слова и радушное приглашение. Как же хотелось встать и объявить им всем, кому она принадлежит. Но Локи выносливо терпел, когда Тор завел разговор о сегодняшнем трюке с кинжалами.