– Тебе нужна правда? Даже как-то оскорбительно – требовать её от бога обмана.
Эти слова испугали девушку, и внутри будто оборвалась невидимая нить, и процесс разрушения начался. Она качает головой, больно сжимая подобранный с пола гребень в ладони, но в итоге так и бросает его.
– Ты дорога моему брату, – наконец говорит Локи и собственные слова заставляют его рассмеяться, – то есть… Нет, прости, я выражусь более точно: этот идиот влюблен в тебя. Влюблен с самого первого дня, как только взял тебя на руки в Ётунхейме и героически понес к порталу. Влюблен так, что готов сделать тебя царицей, будь то предусмотрено законом. А я… Я, видишь ли, обожаю брать его игрушки без спроса. С детства привык, что все самое лучшее достается ему, и порой мне доставляло особое удовольствие портить то, что ему так нравится, что он так любит и чем дорожит. Знаю, о чем ты думаешь. «Ты же выручил меня, заботился обо мне.» Да, выручал, да, заботился, а чего не сделаешь ради достижения своих целей?
– Каких ещё целей?..
Стоящие в глазах слезы блестели и дрожали, угрожая вот-вот спрыгнуть с ресниц на щеки. Селена терла виски, слабо понимая смысл сказанных принцем слов, но отчетливо распознавая едва сдерживаемую ярость в голосе, едва прикрытую ненависть к старшему брату, которая огнем полыхает в его изумительных глазах. До неё с трудом доходит суть, и она молчаливо поджимает губы, надеясь сыскать у Локи хотя бы каплю жалости. Но тот только сурово ухмыляется, а затем резко делает шаг к ней и рывком поднимает с пола, больно притесняя к колонне, не щадя спину девушки. Она сжимается в его руках, и глаза её от ужаса расширяются.
– Хватит уже ныть! Давно пора было понять, что ты просто до невозможности невезучая девочка. Оказалась не в то время и не в том месте. И не пытайся атаковать меня! – он схватил её за запястье, как только почувствовал, что она собирается применить магию, скорее от злости и безысходности, нежели от страха. – Иначе даже Тор не сможет тебя спасти от последствий. Но поглядим теперь, как долго ты сможешь притворяться, принимая его искренние ухаживания, как будешь оправдывать свои постоянные отказы. Ведь это немыслимо – обидеть такого героя, будущего царя, признаться, что отдалась его младшему брату.
– Я ему ничего не обещала! – кричит она, упираясь свободной рукой в его грудь, выдавливая из последних сил: – А ты… Ты… Ты просто завистливый мерзавец!
– А ты – никчемная колдунья, которую я при желании мог бы уничтожить. Радуйся, что так легко отделалась.
– За что?! – снова выкрикивает она в отчаянии. – За что ты так со мной? Что я тебе сделала? – голос продолжает дрожать и срываться. Она готова упасть, но он держит, он вжимает её в колонну и вдруг смягчается после её душераздирающего вопроса, которым он и сам задается в данную минуту, пока наносит ей удар за ударом своими словами, ей – этой безвинной, слабой девочке, ничем не заслужившей такое отношение. Локи не находит ответа. Вдруг пересыхает во рту, к горлу подступает ком. Страшно признаться себе, что собственная кровь кипит вовсе не от ярости, а от жажды, от жажды любить и брать её вечно. Что он вообще несет? Однако отступать уже некуда.
– Если тебе от этого станет легче, – голос его немного смягчается, – то я бы поступил точно так же с любой, кто оказался бы на твоем месте. Дело не в тебе. И мне действительно жаль, что все так получилось.
– Плевать я хотела на твою жалость, – плачет она, отворачиваясь от него и пытаясь оттолкнуть. – Ты использовал меня… Как это низко! И что теперь? Ты теперь гордишься собой, да? Конечно, облапошил глупую дурочку и обесчестил, чтобы отомстить за детские обиды! Герой высшего уровня! Поздравляю! Неужели ты думаешь, что это возвысит тебя в чьих-то глазах?
– Я и не жажду никакого возвышения и восхваления тоже.
– А чего?.. Чего ты жаждешь?
– Справедливости, моя маленькая.
– Я не твоя! – ведьме наконец удается отстранить его от себя. Пользуясь моментом, она, случайно наступая на гребень и едва не поскальзываясь, отходит на несколько шагов назад, не пряча презрения и не тая глубокой обиды. – Что у тебя за справедливость такая? Ты хотел причинить боль Тору, но на самом деле ты просто взял и растоптал меня… Справедливость? Да ты понятия не имеешь, что это такое! Сплошной эгоизм! И самое ужасное, что ты убежден в обратном.
– Не смей меня поучать. Ты ничего не знаешь обо мне, ты повелась на пару неосторожных комплиментов, на несколько заботливых жестов, но все это – пустое.
– Пустой… Самое подходящее определение для тебя. Что ж, радуйся, теперь я тоже пустая, ты ведь этого так хотел. А теперь уходи, и не приближайся ко мне больше, слышишь? Никогда…