– А когда ты вернешься?
– Я вернусь вечером, Селена. Сегодня нужно многое подготовить, до коронации Тора остается один день. Я, как верный брат и друг, должен помочь ему.
– Рада слышать, что ты больше не злишься. Он действительно очень нуждается в тебе. Желаю удачи.
Её искренности, кажется, нет предела. И Локи был благодарен за её пожелание, ведь ему удача нужна сейчас гораздо больше, чем его брату.
Селена осталась одна. Ей понадобилось некоторое время, чтобы осознать, где она на самом деле оказалась. В его покоях, в его спальне, в его гостиной. Здесь все напоминало ей о нем. Во всем, в каждой вещи была капелька его самого, его переменчивого настроения, его бешенного темперамента, его потаенной души. Но почему-то сейчас, когда покои бога Локи были полностью в её распоряжении, она испугалась. Испугалась заглянуть глубже в его жизнь, в его сущность, разгадать хотя бы самые маленькие секреты его скрытной личности.
А жизнь и вправду меняется так же неизбежно и быстро, как это делают облака на небе, гонимые ветрами, принимающие различные формы, собираясь в громоздкие тучи или расщепляющиеся на тонкие перьевые слои. И сегодня Селена тоже обрела свою новую форму – уже не ученица бога обмана, асгардского трикстера, а его возлюбленная. И сейчас ей не верилось в правдивость своей недавней мысли о побеге, и все страдания, которые Локи заставил её перетерпеть, показались кошмарными, но призрачными сновидениями, миражом, никогда не существовавшем в реальности.
Фригга отговорила юную ведьму от побега, будто знала наперед, что всякий разрыв между ними рано или поздно будет благополучно заштопан все теми же крепкими нитями судьбы, и забавляющиеся норны продолжат испытывать их обоих на прочность. Впрочем, пожалуй, только царице и было ведомо их ближайшее будущее.
Сейчас Селена больше всего жалела о том, что за дверьми его покоев по-прежнему стоит нерушимый мир, и в этом мире о ней знают, о ней вспомнят рано или поздно, её захотят увидеть, а она… Она бы предпочла никогда больше не покидать покоев младшего принца Асгарда. Будь её воля, она бы провела здесь остаток своей жизни, взаперти. Она не просто так спросила у него об этом, просто захотела убедиться в том, что их желания совпадают. Локи же в свою очередь решил, что подобные заявления могут её напугать, потому не мог настаивать на её пожизненном заключении в этих стенах, с позволением оставлять их только тогда, когда он подготовит для неё захватывающие путешествия по Вселенной.
Мечтательница в ней не дремлет, и унесенная прекрасными грезами, Селена решила последовать совету мага и почувствовать себя здесь как дома. Принятие ванны сейчас было не просто не лишней, а скорее остро необходимой процедурой.
Невозможно отказаться от тех соблазнов, которые предлагает ей его ванная комната. Размерами она, пожалуй, даже превосходит гостиную, которая была выделена Селене во дворце. Благодаря витражному окну сюда льется дневной свет, оседая на гладком полу и прилипая к стенам из зеленого мрамора. Высокие потолки же отливали золотом, и в них ведьма могла рассмотреть собственное отражение.
Фарфоровая овальная ванна была достаточно глубокой, она стояла на изогнутых ножках у стены, а перед ней расстилался бежевый ковер ручной работы. Убранство отличалось своим изыском: квадратное зеркало в мраморной раме, два небольших шкафчика с резными дверцами, содержимое которых составляло огромное количество различных ароматических гелей для купания; подвесная мраморная раковина, выдвижные ящики с полотенцами. Здесь росли саговые пальмы в керамических темных горшках, возле распахнутого окна, а на стенах были подвешены канделябры со спящими днем свечами. А ещё здесь была дверь из непрозрачного стекла, которая так и напрашивалась, чтобы любознательная ведьма скорее её открыла.
Помещение, что скрывалось за ней, было выделено для купальни, и, конечно, оказалось гораздо меньше ванной, но при этом несравненно уютным, поражающим своим совершенством и царственностью. Расположенная здесь купель с лестничным подъемом была выполнена из кварца, бортики которой украшали резные узоры. Маленький золотой кран с четырьмя вентилями изгибался над углублением. Но главной особенностью этой купальни была полустертая, живописная фреска, изображающая морской берег с одиноко растущей сосной под нежной ванилью приближающегося рассвета.
Обследовав все, Селена решила, что обойдется принятием ванны, потому как интимный мрак купальни пробуждал в ней всякого рода фантазии, для осуществления которых ей очень не хватает Локи.