– Ты хотя бы представляешь, на что сейчас обрекла себя? – спрашивает бог вкрадчиво, обнимая ведьму за талию, комкая её платье на бедрах и забираясь ладонями под ткань. – Наступит день, когда ты пожалеешь о своем решении.
– Возможно, но это ничего не изменит, – качает головой девушка, вставая на цыпочки и прислоняясь губами к его губам, скромно и даже немного боязливо, пытаясь призвать его к страстному, жадному поцелую, которого она так жаждет.
– Именно. Я хочу, чтобы ты запомнила одну вещь: во Вселенной нет и никогда не будет той силы, что вырвет тебя у меня.
– И хорошо… – её слова тонут в поцелуе.
Оторваться друг от друга хоть на секунду они оба боятся – разлука невыносима, и даже сам Локи признает это, целуя, сковывая ведьму своими руками. Теперь за пределами целый мир, от которого он закрывает её и закрывается сам.
Прошло не так много времени с тех пор, когда его интрижка с Селеной считалась лишь способом насолить брату, доказать ему и самому себе собственное превосходство, но постепенно контроль над ситуацией начал слабеть, и Локи не заметил, как и вовсе потерял его. Но ему это безумно нравилось – терять контроль рядом с ней, грубо подхватывая её и срывая одежду, ощущая магию, которая кипит в ней, которая мчится вместе с кровью по венам. В её крике он слышит свое имя; больше не забитая скромница, а теперь уже трижды настоящая женщина, готовая доверить ему и открыть каждый свой сокровенный секрет.
И Локи пытается сопротивляться назойливой и злобно хохочущей мысли о том, что эта девушка делает его уязвимым. И у него только два выхода: либо избавиться от неё, отрывая от сердца и бросая в любой другой мир, либо сделать все возможное, чтобы она, как его неотъемлемая часть, стала такой же сильной и хладнокровной, как и он сам. Только соединив вместе свою мощь, свою волю, разум и магию, они смогут выстоять и выжить вместе.
Эта ночь оказывается для них самой долгой, и они желают растянуть её в целую жизнь, ибо только сегодня они чувствуют себя по-настоящему свободными. Стена, отделяющая их друг от друга, рухнула, и важно, чтобы Локи не выстроил её заново. «Больше никаких тайн между нами», – думает ведьма, засыпая у него на груди при приближении утра.
Когда яркий персиковый свет залил покои и когда первые лучи солнца скользнули на лицо молодого царя Асгарда, он недовольно поморщился во сне, и Селена, пробудившаяся мгновенно, взмахом руки задвинула шторы в спальне – в помещении вновь наступил полумрак.
Облокотившись на руку, ведьма любовалась безмятежно спящим юношей, который выглядел таким спокойным, беззаботным, но все же серьезным. Её ладонь покоилась на его груди, а цепкие длинные пальцы бога удерживали её так, будто боялись выпустить. Селена, улыбнувшись, осторожно приблизилась к его лицу, едва ощутимо коснулась губами его уголка губ, а после прилегла рядом с ним, на подушку, и закрыла глаза.
И пусть в окна стучалось утро, они не собирались прекращать свою дивную, сладостною ночь.
Глава 19
Увядшие розы
Вынырнув из воды, Селена поймала ртом воздух и, медленно вернула дыхание в норму. Кажется, только что она побила свой собственный рекорд, и теперь перед глазами пульсировали темные круги. Привыкнув к теплому оттенку мерцающих масляных ламп, ведьма неспеша двинулась к лестнице. Купальня в покоях нынешнего царя Асгарда целый час была местом её целительного наслаждения и неистового блаженства. Однако, как только она обернула мокрое тело, на котором сияли мелкие капли воды, похожие на хрусталь, махровым полотенцем, то поняла вдруг, что все смытые, как ей казалось, тревоги и печали здесь, возвратились и заняли прежние места.
Отжав густые волосы, девушка собрала их в пучок на затылке, а потом неохотно направилась к выходу.
Она застала Локи в спальне; он как-то странно оглядывался по сторонам и загадочно улыбался, прежде чем повернуться к ней и в очередной раз оценить её прелести, которые так не кстати были скрыты под полотенцем. Ночей мало, чтобы вдоволь усладить свой взгляд и губы, испивая красоту и нежность её тела.
– Ты уходишь? – огорченно спросила Селена, когда увидела мага в привычных доспехах и плаще.