– Скажи мне, есть ли что-то, о чем я должна знать прямо сейчас? – Фригга проникновенно глядела на ведьму, и та, выдержав паузу ради раздумий, поняла, что вмешивать царицу в разборки сыновей просто не имела права. Она все еще не теряла надежду вразумить Локи без чьей-либо помощи.
– Есть кое-что, но это не касаемо Вашего сына. Оказывается, я могла видеть будущее, ещё когда была ребенком, но не придавала этому значения. Сейчас же я абсолютно точно уверена в своем даре. Локи сказал мне, что он передается по наследству. Скажите, моя мама была провидицей?
Фригга подвела девушку к панорамному окну гостиной.
– Твоя мать была одной из лучших провидиц. Многие вещи она говорила мне лично, и у меня было время, чтобы убедиться в её правоте. Более того, её дар помог нам предотвратить нападение на Асгард. Один из посланцев Вестара приходил сюда за мной.
– Что? Моя мама спасла Вас?
– Посчитай целый Асгард.
– И даже после этого Всеотец не освободил её?
– Он никак не мог поверить. Дело в том, что во время взятия её в плен Ирия атаковала Одина. И он зациклился на этом… А Ирия тем временем действительно оказала Асгарду огромную услугу.
Фригга хотела добавить что-то ещё, но в последний момент передумала, а Селена благополучно не заметила её замешательства.
– Получается, она знала свое будущее и… мое. Но ничего не изменила… Наверное, она таким образом хотела уберечь меня и себя от проклятья норн… А были ли те, кто вторгался в нити судеб? Хоть раз?
– Бросить вызов самим норнам не решится ни Суртур, ни даже Хель.
– В чем же состоит их проклятие?
Фригга подхватила лепесток розы, что скользил по воде в бассейне, и устремила скорбящий взгляд на горизонт.
– Случалось ведьмам вмешиваться в сплетения судеб и не единожды. Души нарушителей начинали гнить заживо с той самой минуты, как они приняли попытку вершить судьбу, дабы уберечь близких или себя от предназначенной им участи. Вскоре внешняя оболочка остается единственно неизменной, чтобы скрывать истинную сущность. Но вся острота проклятья заключается в том, что ведьмам не удается никого спасти, а лишь отсрочить роковой день. Судьба настигает положенных ей людей, рано или поздно.
Селену пугали угрозы вечного проклятия и гниения души так, как испугало и то, что привиделось в лабиринте. Возможно, что он был лишь одним из происков Локи, ведь сознание по его воли погрузилось в хаос и неразбериху, где все являлось только иллюзией, его собственной фантазией, хотя он слушал её с таким вниманием, будто действительно не имел понятия, что с ней там происходило. Однако, девушка умолчала обо всем этом. Правда или нет – только ей одной предстоит выяснить. Его по-детски доверчивое выражение лица стояло перед глазами, слезы скатывались к вискам; ветер трепал его зеленый плащ, а под ногами развернулась бездна.
Фригга не смогла уделить девушке много внимания, как это бывало ранее, и вскоре Селена любезно оставила царицу подле спящего мужа.
Свобода, которую Локи вновь даровал ей, как будто потеряла свою ценность для неё. Особенно сейчас, когда тревога заняла все мысли и буквально ходила за ведьмой по пятам.
Печально наблюдать, что спустя такое длительное время её отсутствия ничего не поменялось: Асгард по-прежнему был погружен в отчаяние и страх перед неизвестным будущим. Великий светлый мир в данный момент был почти обезглавлен, и многие полагали, что наступили его темные времена. Люди бродили словно в оцепенении, не замечая друг друга, а если и здороваясь, то лишь потому, что попросту задевали случайно плечами. Никого из придворных и слуг больше не напрягало общество ведьмы, хотя она уверена, что многие из асов винят именно её в случившемся, ведь с её появлением все в Асгарде пошло наперекосяк. Мало кто обращал на неё свое внимание, ещё меньше тех, кто искренне желал здравия при встрече.
Одним из таких был Фандрал, с которым девушка столкнулась в пустующем коридоре, меж рядами колонн, что упирались в потолок. Вначале ведьма хотела пройти мимо, ибо не думала, что асгардцу приятно её общество, однако что-то заставило приостановиться. В данный момент Фандрала не волновала прелестная ведьма, её точеная фигурка и бездонные глазки, и из памяти наружу вырвались даже самые лестные комплименты; мужчина не ожидал этой встречи и выглядел так, будто она застукала его за планировкой какого-нибудь вопиющего действа.