Её будущим местом жительства объявили клетку на самом нижнем уровне. Остальных заключенных она здесь не наблюдала, и от предстоящего одиночества ей снова стало плохо. Хоть она и учила себя не бояться, но от приближающегося ужаса внутри будто все сжалось и завязалось в толстые узлы, голова потяжелела, а конечности ослабли, тошнота подступила к горлу, и из самой глубины подсознания хлынула волна паники. Девушка остановилась на полпути, собираясь воспротивиться, но на подобные шутки конвой привык реагировать жестко. Девушку почти подхватили под руки, толкнули в спину и натянули цепи.
Тесную камеру запирала решетка из толстых железных прутьев, которые имели свой особый секрет. Один из стражей воспользовался специальным ключом, имеющим форму плоского пульта, и прутья вспыхнули ослепительно-белым светом, начали раздвигаться вверх и вниз, будто пасть свирепого чудовища, готовящегося сожрать очередную жертву, разъединились и открыли проход. Девушку немедленно поместили туда, грубо пихнув в плечо. От цепей её никто не освободил, и те шумно теперь волочились по каменному полу, сотрясая гиблую тишину подземелья своим оглушающим звяканьем. Селена споткнулась обо что-то и повалилась на пол. Решетка запечаталась, и конвой вскоре молча ушел. Теперь здесь не было никого, кроме ведьмы и вечности.
Упав, она так и осталась лежать, не чувствуя холода и сырости, вернее чувствуя, но не обращая внимания на эти такие неважные теперь ощущения. Гораздо сильнее её тревожила потеря сил, причем не только магических, но и физических. Цепи нещадно тянули конечности вниз, до крови обдирали беззащитную кожу на запястьях и лодыжках. Испустив сиплый вздох, Селена усердно боролась с подкатившими слезами, словно заталкивая их назад, внутрь. Сжимая руки в кулаки, ногтями едва не протыкая кожу ладоней, она прислушивалась к этой острой боли и старалась всячески сфокусироваться на ней, лишь бы жестокие обиды не обуяли её снова и не дали пролить слез.
А Он продолжает преследовать; его образ постоянно изменчив и безжалостен. Он посещает её сны, но остается в стороне, будто тайный и безголосый зритель, наблюдающий из-за угла за её мучениями и ликующий, измывающийся над её страданиями, причиной которых принял за честь стать. Яркие вспышки молний, Радужный Мост, теряющий свою привычную расцветку и принимающий окрас из смеси красного и зеленого. Под черным небом бушует воинственный ветер, над морскими волнами летят искры. Она уже поняла, что ничего не исправит, что и этот сон закончится точно так же, как и предыдущие, но она все равно бежит. А вдруг…
Бросаясь за ним, не успевает поймать, но летит прямо в его расправленные руки. Летит быстрее, чем Он. Их пальцы вот-вот соприкоснуться, но блистательный свет бездны вдруг впрыскивается в глаза. Она теряет его, а световой поток медленно начинает потухать, пока не уменьшается до размера огонечка свечи. Девушка разлепляет глаза и видит перед собой крошечное пламя, освещающее камеру.
Сон в последнее время не восстанавливал её силы, не давал даже положенной дозы отдыха, который бы смог привести в порядок её состояние. И сейчас она смотрела на свечу сквозь какую-то мутную пелену, будто стекло, залитое водой. Голова шла кругом. А световое пространство, кажется, только увеличивалось. Селена обнаружила себя в окружении двух десятков свечей от наполовину сгоревших до практически целых и слегка подтаявших сверху. Она абсолютно точно помнит, что их не было здесь, когда её привели. Или даже если и были, то не горели. Загадочное явление навело её на мистическую мысль о помощи Локи. И она бы даже позволила себе улыбнуться, если бы знала, что он сейчас в Асгарде и навещает её тайно. Но бездна забрала его навсегда. Быть может, это происки Её Величества?.. Вряд ли кто-то ещё обладает такой смелостью и такими способностями. Но ведь магия в этих стенах не действует. Каким же образом?