– Тише, Этир, не шуми! – юноша ухватил свою спутницу за рукав черной рубашки и едва не порвал его, за что она легонько ударила паренька по плечу. – Она может нас заметить.
– Как думаешь, кто она? – Девушка была невысокого роста с рыжими волосами до плеч, в прядях которых вились ярко-зеленые тонкие ленты. Точно такими же ярко-зелеными тенями были подведены её глаза и украшены ухоженные ноготки. На руках длинные перчатки с прорезями для пальцев. Коричневый сарафан доставал до колен, а на коже стройных худеньких ног, вились узоры в виде зеленого огня. Черные сапожки на плоской подошве завершали её дерзкий и необычный образ.
– Откуда же мне знать? – Нант – молодой человек. Он был одет в серую меховую куртку и облегающие черные брюки. Его волосы пшеничного цвета были гладко зачесаны назад и на концах завивались, на пальцах правой руки посверкивало кольцо, а на запястье красовался серебряный браслет с черным обсидианом посередине.
– Надо сильно постараться, чтобы попасть сюда. Каким образом это вообще возможно? Боюсь, без происков богов тут не обошлось, а это значит, что они нашли нас.
– Ну и чего же мы ждем? – встрепенулась Этир. – Представляешь, если она окажется засланным шпионом? Нужно немедленно ликвидировать её, чтобы она не успела донести Одину, где мы.
– Погоди ты! Если мы убьем её, не выяснив всей правды, Вестар вряд ли нас за это похвалит. Лучше быстренько обезвредим её и доставим в Хекфест.
Паренек не был так враждебно настроен, в отличии от своей подружки. Во всяком случае он мыслил более рационально, нежели она. Да и особа, упавшая с небес, была уж слишком миловидна, чтобы вот так запросто лишать её жизни.
– Обезвредить, говоришь, – весело отозвалась Этир и, вооружившись чародейской улыбкой, которая искривила её бесцветные губы, устремила свой взор шоколадных глаз вперед. Подчиненные её немой команде, мирные, но устрашающие деревья в мгновение ока начали оживать и превращаться в смертоносных монстров.
– Этир, нет! Ты покалечишь её!
– Молчи и смотри! – Оттолкнув Нанта от себя, она продолжила свою дикую атаку на Селену. Растения, разве что не издавая грозного звериного рыка, пытались сделать из ведьмы подобие раскатанного блина, разъяренно дубася своими толстыми стволами землю, пытаясь раздавить её и изрезать своими острыми голыми ветками. Селена уворачивалась и пряталась за камни, чувствуя, как на её голову сыплется старый пепел и опилки. Грохот повсюду. Она бежала прочь, перескакивая с камня на камень, но вот прямо на неё свалилось очередное дерево, минуту назад стоявшее неподвижно. Селена вскинула руку вперед и чудом удержала нагнувшийся к ней ствол, намереваясь вернуть его в прежнее положение. Как только ей удалось справиться с ним, она создала подобие отбрасывающей волны, которая не позволила деревьям клониться к земле. Любое растение, что начинало стремительное приближение к ней, разрывало на части, усыпая все вокруг щепками. В её руках сосредоточилась та разрушительная часть силы, которая позволяла рвать материю на части. Немые и озверевшие деревья один за другим обращались в пыль, в клочья.
Разозленная Селена не могла прямо сейчас поддаться контролю, и злость внутри придавала ей сил. С криком она вцепилась обеими руками в землю, и та задрожала под ней, магические стрелы поразили почву и вырвали с корнями деревья, что были расположены в ближайших трех километрах. От этой части леса остались лишь руины: перевернутые деревья, выволоченные камни, куски мха, свисающие с широких корней, – все это произошло за минуту. Разрушительная мощь заставила местных открыть рот от изумления, а задиристая Этир, потеряв дар речи, призвала Нанта к побегу. Окажись он таким же подлым и трусливым, как она, то последовал бы зову её страха. Но вместо этого он посчитал нужным помочь опустившейся на землю ведьме. Она сидела, но при этом не подавала признаков жизни, кажется, даже не дышала, будто это был не живой человек, а всего лишь плод усиленной работы гениального скульптора. Притаившись, она ждала, когда нападавшие подойдут ближе, она наверняка знала их точное количество, слишком уж четко слышала их сбивчивые два дыхания, звучавшие невпопад. Видимо, иначе здесь не встречают гостей, даже похожих на себя.