– Наследника родишь мне ты, Рея. Моя жена.
С момента закрепления их союза в Мидгарде сменились уже десятки поколений, а муж впервые всерьез упомянул о детях. И у Реи была масса времени на то, чтобы хорошенько изучить своего супруга. Прямо сейчас он лгал. Перед ней стоит жалкий и никчемный трус, который боится быть отправленным в Хель собственной дочерью. Он прекрасно помнит, насколько сильна была Ирия, знает, насколько силен он сам, и не забывает о безграничной силе семи сестер клана Монелис, двух из которых он так и не нашел, а силу другой не захватил в силу её опыта и хитрости. Если расписать всю родословную милой Селены, то в итоге он получит одну из самых могущественных ведьм во Вселенной.
– Это всего лишь язва, от которой нужно поскорее избавиться, – продолжал заблуждаться он. – Она слишком слаба, чтобы противостоять мне, она почти ничего не умеет и ничего толком не знает. Нужно не так много усилий, чтобы завоевать её сердце.
– А как же народ? – Рея с укором взглянула на мужа. – Так и оставишь его гнить в этой бесплодной пустыне?
– Народ будет свободен. Нам недолго осталось ждать. Как только Хель заберет мою так называемую дочурку, я плотно займусь поисками оставшихся ведьм и их амулетов. Присвою их силы, а потом доберусь и до Посоха Надежды. – Острый кинжал, на рукояти которого был высечен свирепый дракон с зелеными глазами и огненной пастью, сверкнул в руке мага. – И тогда боги перестанут быть угрозой для нас, перестанут командовать нами и принижать. Мы докажем им свое превосходство, и им там в Асгарде придется потесниться.
– Что ж, у людей это последняя надежда. У всех, кроме отступников и предателей, которые тайно поддерживали Ирию.
– Вот потому я тебя и прошу о помощи. Вычислить последователей Ирии не так просто, и я не знаю, кому могу доверять. Селена сейчас с Карминой. Я не мог заставить её, но я очень надеюсь, что у тебя получится убедить упрямицу поселиться в Хекфесте. Ты должна втереться в доверие к ней. Побудь её лучшей подругой какое-то время, назовись духовным предводителем, наставником – кем хочешь. Но сделай так, чтобы она бежала к тебе по зову и без.
– С её неокрепшим разумом и израненной душой это будет несложно сделать.
– Сегодня же жду тебя на совместном ужине. Не будем тянуть время.
– Ты хочешь устроить все сегодня? По-твоему, я за долю суток смогу убедить Селену доверять мне?
– Этого достаточно, чтобы она, послушавшись тебя, пришла сегодня на мой ужин. Ну а дальше я справлюсь сам.
– А ты не слишком торопишься?
– Не слишком. Возможно, это мой единственный шанс покончить с выродком быстро и без ущерба для всех нас.
Поцелуй в лоб и сухо произнесенное ласковое слово были той самой мелочью, что перепадала ей, кажется, просто из жалости, или как откуп от супружеских обязанностей. Рея уже давно не ждет большего, их брак с самого начала не основывался на любви, по крайней мере, на любви Вестара. Все ещё надеясь завоевать этого мужчину, она терпит неудачу раз за разом. Ирия являлась для него центром мира, луной и звездами, тьмой и светом. Он не мог позволить ей принадлежать кому-то ещё, не мог смириться с тем, что она отвергла его. Взяв силой то, что ему не причиталось, он тем самым наказал только себя. Селена – не более, чем дитя гнева и боли, плод неразделенной любви деспота. Она – ошибка своего отца, которую он допустил благодаря бессмертному эгоизму и которую он желает исправить всеми доступными средствами.
***
Хижина, в которой обитала Кармина, внутри оказалась довольно мистической: комнаты были погружены в полутьму, покуда хозяйка не зажгла свечи. Те просто вспыхнули, как только она вошла в помещение, и смежные комнаты озарились темно-мандариновым светом, при котором теперь Селене удалось разглядеть обстановку и необычное убранство. Темно-синие шторы раздвинулись на окнах сами собой, а дверь позади ведьмы медленно закрылась. Справа от Селены располагалась небольшая кухня, которую можно было определить кухней по небольшому количеству посуды, что была красиво разложена на узком столике. Пара плотно закрытых шкафчиков висела на стене с обеих сторон от высокого прямоугольного окна. Но Селену куда больше привлекла гостиная. Тут был расстелен черный ковер с толстым ворсом, стоял столик на коротеньких изогнутых ножках, а на нем поднос с серебристым чайником и чашками, кушетка у стены, а в углу в пузатом горшке разрасталось дерево неизвестного происхождения с насыщенно-красными листьями и фиолетовым тонким стволом.
– Когда я была в Ётунхейме, мне казалось, что мрачнее планеты не существует, – Селена присела на одно из кресел, которое как раз стояло точно под деревом. Его хрупкие ветки склонились над головой ведьмы и коснулись её волос.