Под грохотанье обрушившегося парадного холла храма девушка угодила прямо в сугроб, выбравшись из которого, она даже не обернулась, чтобы посмотреть на последствия этой маленькой битвы, в коей она одержала победу, а вначале ползком, затем, кое-как поднявшись на ноги, стараясь игнорировать боль от ран и ударов, обогнула башенную постройку и пустилась к ущельям. Главной целью было добраться до пещер, в которых можно найти убежище и спрятаться в случае погони, хотя и не было особой уверенности, что они надежно укроют её от собственных строителей. Тем не менее, необходимо было продолжать путь, забыть про усталость, про холод и боль, и двигаться только к порталу.
Глава 4 Молот и кинжал
Дикий ветер безжалостно трепал остатки подола тонкого платья, а ледяной, жесткий снег набился в стертые плоские туфельки. Молодая девушка выжимала из себя последние силы, чтобы двигаться дальше, сражаясь с неистовым холодом вечной зимы, с густой темнотой ночи, окутавшей заметенные горные ущелья.
Ей казалось, что дорога её бесконечна, что по ней она идет тысячу дней и ночей, но ничего вокруг не меняется, как в замкнутом круге. Этот мир – просто ледяная тюрьма, из которой нет выхода; она плутает в ней и бьется о твердые прутья, тщетно пытаясь выбраться на свободу. Хотя свобода была так близка, она уже почувствовала её манящее дуновение, она была так счастлива, когда сбежала из полуразрушенного храма, в котором её держали, но теперь она готова пожертвовать этой свободой ради огня. Терпеть холод больше не было сил… Одежонка, что прикрывала её тонкое тело, не служила защитой, а порой только мешала идти – она спотыкалась о подол своего платьица. Каштановые волосы покрылись инеем, как и щеки, и губы, и черные густые ресницы, теперь ставшие белыми, полноватые губки потрескались, а глазки потускнели. Одинокая слеза застыла и превратилась в малюсенький кусочек льда, мерцающий на коже словно драгоценный камешек. Даже её собственное дыхание, с помощью которого она пыталась согреть руки, стало таким же ледяным, как и весь Ётунхейм.
Девушка совсем не знала эти ущелья, потому что была здесь всего один раз, но дорогу к порталу запомнила хорошо. Если бы не иссякшие силы, если бы не жуткий, медленно убивающий мороз, она бы давно добралась до места и сбежала прочь из этого мира. Онемевшие ноги как будто шли сами по себе. Одно неверное движение, маленькое препятствие в виде скользкого пригорка – и девушка рухнула на землю, скатившись к подножию невысокой пирамидальной горы. Умывшись снегом, она словно очнулась от сна, пришла в сознание и начала стремительно подниматься на ноги, клацая зубами и беспомощно хватаясь за обледеневшую стену. Её кожа на руках и ногах была усеяна мелкими ранками, порезами и ожогами темно-синего цвета, которые нещадно ныли и терзали бедняжку, но она не издавала ни звука, терпеливо ожидая своего конца. С ним она почти смирилась.
Узкие тропы уводили её все дальше, а яркая луна, напоминавшая призрака, бродила по небесам и слепила в глаза, насмехаясь и прячась за угольными облаками. Ветер сиреной выл где-то в горах, сотрясал пещеры мягко загонял снег в широкие проходы. Девушка, пройдя несколько шагов и осмотревшись по сторонам в надежде вспомнить, куда ведет новая тропа, снова заскользила и упала, как ей казалось, на землю, но, на счастье, та оказалась мягкой и теплой. С трудом удалось разобрать под собой покрытую густой шерстью спину и ощутить едва различимое дыхание грозного зверя. То был волк, подогнувший переднюю лапу – так склоняется раб перед своим королем.