– Послание состояло не в том, чтобы познакомить её с отцом, а в том, чтобы спасти её от него.
– Спасти? А нас кто спасет? Вот эта девочка – наш единственный шанс, а ты позволил этой безродной змее увести её.
– Ошибаешься, Кармина. Селену им будет не легко обыграть. В ней слишком много от отца, и этот факт не оставляет Вестару никаких шансов. К тому же я не собираюсь сидеть сложа руки.
***
Снова Хекфест принял Селену с той приветливостью, на которую только был способен. Пустынный, тоскливый и холодный, он возвышался на скале и отражал весь спектр отчаяния и одиночества, и то, что в редких окнах до сих пор ютится теплый свет, являлось не более чем ошибкой. Обдуваемый сухим ветром, он почти становился неотделимым от тьмы, сливался с нею и словно исчезал, скрытый призрачным туманом.
Селена думала, что обошла дворец целиком, она даже успела изрядно вымотаться по дороге, что привела её прямиком к покоям Реи. Королева молчала, но не переставала думать о том, что сегодня только от неё зависит жизнь этой девочки. Вестар не пощадит её, и у него для избавления от собственной дочери уже все давно готово. Требовалось лишь привести её и усадить за стол.
– Это самая высокая башня, да?
– Не думаю. Скорее самая изолированная. Нам всем не хватает свободы, а я здесь её чувствую. Свобода иногда добывается путем одиночества и тишины, даже, если хочешь, иллюзией. Вот она – моя иллюзия.
Светлая комната, в которой преобладали оттенки алебастрового, сливочного и бежевого цветов, являла собой будто образ единственной яркой звезды в пучине черного неба, но такой недосягаемой для остальных. Уголок, воплощающий единое желание населения Креуса. Здесь даже дышалось свободнее и легче; Селена сразу же вспомнила Ванахейм. Там Солнце как первый король, и от него исходит совершенно иное тепло, иной свет. Это как поток жизненной силы, как небесный нектар, который тело впитывает в себя без остатка. Даже в Асгарде оно тускней, пышет оранжевым блеском, делая золото дворцов и мостов ещё более насыщенным, заставляя снежные верхушки далеких гор переливаться серебром. Все, что исходит от неба, служит миру богов только как украшение. Селене порой казалось, что для этого народа оно и не имеет особой ценности. Они так и будут думать, что способны жить без солнца, пока оно не потухнет. Как здесь.
– Представляю, как много сил и энергии Вы тратите на создание такой красоты.
– Для меня это не так критично. Я отдаю гораздо меньше, чем получаю. Меня куда больше пугает, что многие дети даже не знают, что такое Солнце. Они родились здесь, будучи уже изгнанными отовсюду.
– Наверное, так даже лучше. Когда не знаешь, как было до, тебе легче принять любое «после».
– Возможно. Но я не смогла принять. Солнечный цикл функционирует таким образом, что наша заброшенная в корне Иггдрасиля земля с ним сталкивается лишь три раза в году. И те дни я запомнила на всю жизнь. Даже дремучие леса на севере расцветают под его лучами, а вода, до этого казавшаяся темным омутом, внезапно меняет свой цвет и оказывается янтарной. Время здесь течет безумно медленно, и с его счета мы начинаем сбиваться. Мы не знаем, день сейчас или ночь. Нет никаких признаков, которые могли бы указать нам на это различие.
– Птицы? Животные?
Рея подсмеялась над её наивностью.
– Здесь обитают лишь те существа, которые живут ночью. Мы отыскали один участок земли, где можно выращивать плодовые деревья и овощи. Это недалеко от реки. Но этот запас слишком мал…
– Почему же правитель бездействует?
– Боюсь, от его действий будет только хуже. – Рея жестом руки отворила дверцы врезанного в стену гардеробного шкафа, в котором хранилось огромное количество одежды. Селена неподвижно стояла на мягком ковре и с интересом следила за каждым движением ведьмы.
– И Вас это устраивает?
– Все те, кого это не устраивало, сгинули в Хельхейме, включая… неважно. Но твое возвращение имеет огромное значение для части этого народа. – Рея, не теряя нить разговора, прошла к раскрытому гардеробу, не до конца, наверное, осознавая причину собственных слов, которые полностью противоречили изначальной задумке. А Селена пока подметила про себя, что слышит эти фантастические слова уже в третий раз за день, и закатила глаза. Будущее этой ведьмы как будто зависит от кого-то другого, и оно не до конца объяснимо и понятно. Впереди только мрак, сквозь дебри которого ей придется пробираться, если только путь её не закончится здесь. – Как тебе это платье? – Рея тщательно подбирала одежду для себя всякий раз, когда шла на встречу с собственным мужем, она знала, насколько он внимателен к внешнему виду. Она протягивает Селене кремовое платье из батиста с волнистым вырезом на груди воздушной юбкой и полупрозрачным кружевом на спине.