– Простите меня, – тихонько проговорила Селена, – клянусь, я никому не желала зла. Лафей сказал, что всего лишь хочет вернуть украденное. Он пообещал отпустить меня, если я помогу. И я помогла, потому что думала о себе.
Благородная дама, чуткая и понимающая, по-матерински посмотрела ей в глаза. «Этот взгляд так похож на взгляд няни из приюта, – подумала Селена с замиранием сердца. – Няня… Бедная моя няня…»
– Нам не за что тебя прощать.
Ведьма поставила чашку с недопитым отваром и, откинувшись на подушки, прислонила ладонь к своей груди, вдруг обнаружив, что там пусто.
– В чем дело? – обеспокоенно спросила богиня.
– Мой камень!.. – почти заплакала Селена, отбрасывая одеяло, суетливо приподнимая подушку и шаря ладонями по простыням. – Я потеряла его в Ётунхейме… Это самое дорогое, что было в моей жизни!..
– Украшение?.. Не переживай. Безделушка, которых будет у тебя несчетное количество.
– Нет, Вы не понимаете!.. Он очень важен для меня. Этот лунный камень был подвязан к моему запястью, когда меня нашли младенцем. И я привыкла думать, что мне его оставила моя мама.
– Как ты сказала? Лунный камень? – Королева нахмурила аккуратные брови, сведя их к переносице.
– Да… – все же всплакнула Селена, утирая глаза подаренным платком. – Он был моим талисманом, частичкой её. А теперь его нет! Я не уберегла даже такую малость…
Фригга насторожилась и пустилась в глубину своей памяти, отводя взгляд в сторону. Мгновенно всплыл образ скитавшейся по мирам беременной девушки, на шее которой висел заманчивый лунный камень. Забыть ту особу было невозможно, но только у Фригги она оставила такой значимый и неизгладимый отпечаток в душе, как у единственной проникшейся к её страданиям и горю женщине, у единственной, кто знает о ней правду. На свой стыд и на свою ярость жена Верховного бога Одина не смогла никак повлиять ни на мужа, ни на Совет Асгарда, не смогла обеспечить должную защиту несчастной колдунье, не оправдавшей титул злокозненных носителей бед и хаоса.
Вновь посмотрев на поникшую под гнетом небывалой скорби Селену, провидица как будто нечаянно заметила в ней некие сходства с пленницей Ирией, до этого не бросавшиеся в глаза. Но выводы сделать богиня все же не решалась, ведомая благоразумной мыслью, что вначале нужны неопровержимые доказательства любых догадок. И хорошо бы, конечно, отыскать заветный камень.
– Не расстраивайся так, Селена, быть может, он ещё найдется, – утешила её царица, – тебе надобно успокоиться и отдохнуть, поспать подольше, чтобы восстановить силы, – она провела ладонью по волосам девушки, и та медленно погрузилась в сон с остатками слез на щеках. Уложив ведьму на подушке поудобней, Фригга накрыла её теплым одеялом и бесшумно удалилась из уютной комнаты, перед этим ещё раз рассмотрев девушку и заприметив в чертах её лица нечто изящное, тонкое, как у её возможной матери. Схожесть была однозначная, и все же пока что самое достоверное совпадение заключалось в утерянном лунном камне, который сумел бы расставить все на свои места.
Глава 6 Знакомство с принцем
Чудесное утро сменило волшебную ночь. Солнце горело в вышине неба, проливая свой свет на выложенный золотом город, жизнерадостный, многолюдный, заряженный бодростью с самого раннего рассвета.
Асгард поистине звался великим, так как сочетал в себе очарование и воинственность, богатство и таинственность, ослепительную красоту и невероятную мощь. Под благодатным небом, озолоченный и властный, он стоял на самой вышине Иггдрасиля и смотрел с его вершины на прочие ветви, державшие множество других миров. Асгард обогнал их всех на много веков вперед по части технологии. Особая магия наделяла его жителей, несравнимая с науками Мидгарда, несопоставимая с природным духом Ванахейма и не уступающая райским прелестям Альвхейма.
Асгард не славился своим милосердием, порой слыл даже жестоким завоевателем, но не мог пренебречь своими отчаянными воинами, борющимися не на жизнь, а на смерть, побеждая и сваливая своих врагов без права на помилование и прощение. Однако запряженные мудростью великие правители, могущественные Всеотцы в первую очередь старались не дать для войны повода, уничтожить корень зла до начала большого кровопролития, а если все их методы терпели неудачу, то битвы начинались беспощадные.
Законы Асгарда имели свою власть над установленными канонами других миров, и власть та была незаметной, ненавязчивой, но иногда очень действенной и неоспоримой. Он же выступал в роли надежного государственного защитника. Только Асгард был вправе решать судьбы заблудших ведьм и колдунов, которых могли отловить где угодно, но вот чего Асгард не знал – так это судьбы Вестара и его отщепенцев, обладающих всепоглощающей магией. Отпрыск одной из сестер, служивших во благо, обратил в прах старания своей матери, обрек ведьм, не опорочивших своего чистого имени, подаваться в бега от своих покровителей. Ни о какой дипломатии не могло быть и речи, учитывая, что сами члены клана Черных Воителей к ним не стремились. Крепкое убеждение по поводу неотвратимого вражеского намерения засело в Одине и тем самым не оставляло Селене шансов на избежание казни. Потому он и не находил себе места в данную минуту, слоняясь грузной тенью в душной и мрачной спальне.