Ночь порой казалось ему такой короткой, но почти каждую он проводил с Сальдис – одной из фрейлин матери. Принцам дозволены наложницы, но юный хитрый бог не видел в законных сношениях с обученными девами никакой изюминки, никакого очарования и уж тем более никакого риска. Куда веселее провести время с фрейлиной, находящейся под строгим надзором; ему нравится наблюдать за ней издалека, улавливая заливающееся румянцем лицо, провоцировать её, затаскивать в темные углы дворца и продумывать новые ночные забавы с её изумительным телом. Конечно, чисто теоретически может существовать опасность, что все раскроется, но Локи слишком хорошо умел манипулировать людьми, предусматривать каждую мелочь, так что напуганная, по уши влюбленная и послушная пташка будет молчать. Что поделать, не любил он искать легких путей, но обожал играть с судьбами других и своей собственной.
Вдруг снова в голову забрела мысль о спасенной ведьмочке и заблудилась там. Это побудило Локи в очередной раз открыть заветный ящик с чудесным камнем. Младший принц, сжав украшение в руке, медленно начал мерить шагами спальню, чувствуя, как ночной ветерок, залетая в пределы её стен, нежно обнимает его, словно подхватывает в свои энергичные объятия и несет в неизведанные дали. Это мелочная вещица все же обладает определенным изяществом, частицу сил своей создательницы она приняла в себя, и Локи ощущал этот прилив солнечного тепла и жжение морской слезы на своей коже. Перед глазами то возрождался, то иссякал образ Селены, сумевшей свести с ума недалекого старшего брата.
Лунный камень переливался на ладони Локи сиреневым, синим и молочным оттенками. Но вовсе не завораживающая красота привлекает колдуна, а то крепкое заклинание, наложенное на него. Младшему принцу не давал покоя вопрос о том, кто заговорил этот камень. Поначалу он был уверен, что новоявленная ведьма сама сделала это, но ей не под силу даже контролировать свою магию, не говоря уже о тонкостях заклинаний, с которыми она, по всей видимости, и вовсе не знакома.
Метнувшись к своей личной небольшой библиотеке, что была расположена в просторной гостиной, где тускло горели свечи, маг очень быстро разыскал на верхней полке книгу в толстом переплете, название которой было выведено позолоченными буквами. «Будущее в прошлом» – гласили те буквы. Маг раскрыл её, принимаясь выискивать нужную страницу. Его тонкие красивые пальцы бегали по твердым листам, обводя почти каждую строчку, пока наконец не остановили свой плавный танец на одной из них. Внимательно пробежав по написанному глазами несколько раз, Локи отошел на шаг от стеллажа с книгами и крепко сжал лунный камень в своей ладони, плотно закрыв глаза. Темнота постепенно начинала расступаться.
Прочная до этого завеса тайны рассыпалась на мелкие осколки перед богом и открыла истинную картину произошедших когда-то давно событий, совершенно точно указывающих на настоящий род спасенной Селены.
Как только Локи выныривает из прошлого в реальность, разжимая пальцы и выпуская камень из их крепкой ловушки, он ещё долго размышляет над тем, что ему удалось выяснить. Однако пока ещё рано было говорить о полноте картины. История этой девочки куда более таинственна и многозначна, чем он мог себе представить. Но что это дает? Мать не отказывалась от неё, но по каким-то причинам ей пришлось оставить свою новорожденную дочь, при этом скрывая её от всего мира или же… от кого-то конкретного?
Ответа на этот вопрос он не получит, по крайней мере, сейчас. Локи сделал все, что мог на данный момент. Теперь же он отрешенно поглаживал этот камень большим пальцем, прежде чем с помощью магии облачить себя в обычную рубашку и брюки, а затем превратиться в мистическую тень, бесшумно скользящую по стенам и исчезающую во мраке.
Он добрался до отдельного лазарета, возле дверей которого денно и нощно дежурила стража. Но для младшего Одинсона они не являлись преградой; проникая сквозь стены, он словно призрак вдруг возник на фоне загороженного окна. В её комнатке сияла одна свечка, а сладкий запах земляники и душистых трав одурманил гостя и стал позже неким напоминанием о первой близкой встрече с этой ведьмой. В камине догорал огонь, редко потрескивая, пока мановение красивой мужской ладони не погасило его. Локи беззвучно приближался к спящей Селене, не сводя с неё зеленоватых глаз, сверкающих во мраке как ясные звездочки в пучине черного неба. Ему хотелось разглядеть её получше, разглядеть её вот так – спокойно, тщательно, не скрывая своего интереса. И все же она действительно была обворожительна. Только полный глупец не признает этого! Выходит, Тор – не такой уж и глупец.