– Доброе утро! – крикнула она с берега, пока Тор медленным шагом выбирался из воды. Одинсон явил широкую улыбку. – Как прошла тренировка?
– Без тебя совсем не то, Сиф, – признался громовержец, останавливаясь по пояс в воде и расправляя руки в ожидании мягкого полотенца, что лежало на камне вместе с одеждой. Сиф метко бросила ему утирку, несколько смутившись при виде могучего обнаженного тела, облепленного сверкающими каплями воды, но все же стараясь оставаться безразличной.
– Мужчинам немного странно видеть меня в своем кругу, да ещё и драться со мной, а особенно они бесятся, когда я начинаю их побеждать. Но их косые взгляды не заставят меня отказаться от намерения вступить в войско, а быть может, даже в царский легион, – с девичьим задором и мужественной уверенностью говорила она. К этому моменту Тор уже обтерся, повязал полотенце на бедра и преспокойно вышел на берег, принялся одеваться, пока Сиф стояла к нему спиной и краснела от любой неосторожной мысли, волнующей кровь. В любом другом случае кожа на её лице оставалась бы такой же беломраморной, и сердце бы вряд ли превысило амплитуду своих обычных ударов, но в эти минуты рядом был не обычный мужчина, рядом был Тор.
– Как твои успехи в академии воителей? – поинтересовался громовержец, облачившись в свои штаны, а тунику повесив на плечо. Он обошел отвернувшуюся девушку, вновь покорив её своей улыбкой. Они оба неспешно побрели по гладкой тропе, ведущей к огороженному забором стадиону, с которого все ещё доносились лязг мечей и мужские голоса вплоть до скандирования.
– Несколько экзаменов – и я буду в рядах подопечных Тюра. Только ты поддерживаешь меня в этом.
– А как иначе? – удивился Тор. – Друзья должны поддерживать друг друга.
Волосы его все ещё были влажными после купания, на щетине остались хрустальные капельки, а оголенная грудь гордо вздымалась. Сиф же не отрываясь смотрела в его небесно-голубые глаза, в которых, когда он стоял так близко, безнадежно утопала и являлась при этом счастливейшей из дев всей Вселенной.
– А почему сегодня пропустила тренировку? Что-нибудь случилось?
– Даже не знаю, как сказать, – замялась вдруг будущая воительница. Тор нахмурился и приостановился.
– В чем дело, Сиф?
– Короче говоря, меня задержало внезапное собрание в местном пабе. Народ набился битком – ни входа, ни выхода не сыскать. И все обсуждали лишь одно: ту девушку, чья личность до сих пор не раскрыта. Прошло уже несколько дней её пребывания в Асгарде, а народ все ещё гадает, кого пригрели наследники трона. Один молчит, Фригга – тоже. И ты…
– Мне пока нечего рассказать, впрочем, как и родителям, – вздохнул Одинсон, разведя руками. – Народ не оставят в неведении, не переживай. Просто время ещё не пришло.
– Ходят слухи, что она – ведьма… И эти слухи вполне обоснованы.
– Людям только дай волю. Уж чего-чего, а языками почесать они любят. Вот только я этого не приемлю. – Он не зря поспешил об этом предупредить, погрозив пальцем, чтобы Сиф даже не думала озвучивать глупые людские догадки, выстроенные в силу их неистощимого воображения. Однако Сиф была ему другом, и он не мог оставить без внимания её трепещущий взгляд, требующий хоть самую малость подробностей.
– Ладно, она действительно ведьма. Довольна теперь?
– Значит, мы не ошиблись… Откуда она? Альвхейм?
– Нет. Отец уверен, что её корни уходят к Черным Воителям. А мне кажется, что она к ним никакого отношения не имеет.
Сиф недоверчиво скосилась на принца, пряча руки за спиной.
– За последнее время нам другие не попадались, – парировала она, – после того, как сестер не стало, никто не следит за перемещением адептов Вестара, никто не сдерживает их. Поэтому никто не скажет теперь наверняка, каковы истинные интересы этой ведьмы.
– Её история пока неясна до конца. Я и Локи нашли её в Ётунхейме. Там она фактически спасла нам жизнь. Однако портал для великанов тоже открыла она. Все сложно… Мама рассказала, что наша ведьма выросла в Ванахейме. На сегодня это все, что удалось выяснить.
– Но как же она?..
– Не спрашивай, – тут же оборвал Одинсон. – Мне известно немногим больше, чем всем остальным. Все прочее хранит мама, и пока она не поймет, что к чему, асгардцы и я ничего не узнаем.
– Но почему ты скрыл это от нас? От… меня?
– Потому что это касалось только нашего найденыша. Теперь ты знаешь, и я надеюсь, ты будешь держать язык за зубами.