Фригга задумчиво смотрела на бушующее море, волны которого белыми гребнями вздымались в синей пучине и словно юркие дельфины, то исчезали в ней, то снова появлялись на поверхности. Вода с невообразимой мощью ударилась о скалу, а та героически принимала её атаки, стойко переносила её разрушительную ярость.
– Не совсем так. Пожалуй, отчасти. Ирия, мама Селены, была найдена нами благодаря дозорным в Альвхейме. Они передали её нам, когда она вынашивала ребенка последний месяц. Где она провела все остальное время – неизвестно. О ней вообще ничего неизвестно, кроме имени и… ещё одной крайне важной детали, разлетевшейся по мирам, но не имевшей никаких доказательств. Один хотел прибегнуть к пыткам, чтобы разговорить её, но положение спасла беременность. Я уговорила его дождаться родов. Этот ребенок был её единственным смыслом. Я также убедила Одина переселить её из подземелья в обычную камеру с удобствами. Я часто говорила с ней, именно она дала понять, что Вестар жив и нам не удастся его одолеть.
– Да, я это знаю. А деталь, смею предположить, подразумевает пророчество о наследнике?
– Именно. Весть о нем донесла до нас сестра Вёльва, и только позже я услышала о нем от самой Ирии. Мои долгие размышления на этот счет натолкнули меня на мысль, что ребенок этой девушки и был тем самым наследником. Она никого не подпускала к себе, кроме меня. Никто не знал, что она родила. Позже мы нашли её мертвой, а младенца с ней уже не было.
– Подожди. Ты хочешь сказать, что Селена – дочь Вестара? Его наследница?
– С большей вероятностью – да. Все складывается именно таким образом, сынок.
– Меня смутил ещё один факт. Волк-хранитель. Ирия, насколько я понимаю, не входила в клан Монелис. Как она его призвала?
– Она не призывала. Это был хранитель ещё неродившегося младенца, самой Селены.
– Вот даже как… Боюсь, если отец обо всем этом узнает, у девочки не будет никаких шансов…
– Наоборот. Думаю, мне придется приложить максимум усилий, чтобы заставить его посмотреть на картину под другим углом.
– Ещё я не мог понять, почему заклинание не сняли в Ванахейме. Я тут покопался в древних магических рунах и выяснил, что такое заклинание имеет особую силу, так как запряжено самыми крепкими чувствами. Что может быть сильнее, чем любовь матери к ребенку? От него можно избавиться лишь в двух случаях: если Селена добровольно отдаст камень, как подарок, то заклинание перескочит на новоявленного хозяина, но, поскольку, девочка чувствовала связь и дорожила им, то шанс был один из миллиона, что она могла бы его подарить; во втором случае, при полном уничтожении камня заклинание испаряется, но, чтобы уничтожить его, нужно совершить целый обряд. Возможно, ванам было просто не до этого.
– Что ж… – богиня глубоко вдохнула, усевшись на скамью и сложив руки на коленях. – Ньёрд, не смотря на его подлый поступок, оказал большую услугу.
– Мама, все это смогло облегчить как-то твои переживания? – с надеждой спросил младший принц, вставая возле царицы. Та подняла на него взгляд и улыбнулась благодарно.
– Ты даже не представляешь, как смогло. Теперь все окончательно встало на свои места, Локи. И сегодня нас ждет кульминация этой истории. Отец собирает Совет, и вскоре будет принято решение по поводу дальнейшей судьбы Селены, поэтому я бы хотела, чтобы вы с Тором присутствовали сегодня там.
– Мама, ты же знаешь, что по закону это не положено до тех пор, пока отец не объявит одного из нас полноправным наследником трона. Мы пока что юнцы, и наше мнение ничего не значит, а мое – тем более.
– Не говори так, ведь благодаря тебе Селена спасена. Может быть, по закону вы и не имеете права быть членами Совета, но повлиять на его решение вы сможете.
Принц не видел выбора, и хотя пока он не понимал, каким образом его рассказ все исправит, но тем не менее был горд собой, был несказанно рад, что мама оценила его старания; однако если к её похвалам он привык, то отец никогда его подобным не баловал, и Локи надеялся, что сегодня добьется их и от него, наконец докажет, что он не бесполезен, что он точно так же радеет за свой народ, что он может нечто большее, чем показывать трюки, что магические способности, за которые его многие так презирают, иной раз разрешают самые запутанные и сложные ситуации.
Глава 8 Решение Совета