– А ты кто ещё такая? Что здесь делаешь? – голос его сердитый зазвучал так громко, что она вздрогнула.
– Я… я ничего, я просто сижу, – кое-как выговорила она, и парень – а это был именно он – сделал значительный и резкий шаг к ней, быстрым движением стянув капюшон с её головы.
– Ах, новоявленная ведьма!
Селена подняла взгляд и увидела над собой бледное лицо Локи, обрамленное прозрачным сиянием луны. В ночи его глаза казались ещё ярче, ещё холоднее, и Селена немного отстранилась, поднялась со скамьи и растерянно посмотрела на принца, словно он застукал её здесь за чем-то неприличным.
– Так, так, так, – пропел Локи, и тень изумительной улыбки проползла по его губам, – едва принятую в чертоги Всеотца ведьму в первую же ночь потянуло на приключения. Что ты тут забыла?
– Ничего, я же сказала – я просто дышу свежим воздухом, – ответила Селена, чуть осмелев. – Мне не спалось, и я вышла прогуляться.
– Ну, допустим, – Локи вальяжно расположился на скамейке, закинул ногу на ногу и вновь уставился на Селену оценивающим и выжидающим взглядом. Она стояла перед ним словно живое изваяние, теребя ткань накидки тонкими пальцами. – Чего же ты так испугалась? Садись. – Колдун похлопал по деревянной поверхности скамьи, и девушка робко опустилась рядом.
– А Вы почему не спите? – спросила она осторожно, не глядя на Локи, но чувствуя его близость и испытывая неловкость, трепет и жаркое волнение, залившее краской её лицо. Как будто внутри пробуждался целый вулкан.
– Ночь порой бывает так хороша, что кощунственно тратить её на сон. Согласна со мной?
– Пожалуй. В Ванахейме я часто гуляла по ночам.
– А что делала днем?
– Ждала, когда взойдет луна.
Локи не смог сдержать смеха. Ему нравилось то, как она отвечает – непринужденно и лаконично. Она ему не доверяет, и это вполне разумно с её стороны. Однако для Локи это все равно что математическая задача, которую он с радостью готов решить.
– Что ж, это твоя первая ночь вне лазарета. И что скажешь?
Девушка подняла глаза к мистическому черному небу с рассыпанным по нему бисеру звезд и слабо улыбнулась.
– Скажу, что я иначе представляла себе ваш мир. Не думала, что буду вот так спокойно сидеть на лавочке и вести беззаботные беседы с одним из сыновей Одина.
– Вот как. Позволь узнать, чего же ты ожидала от Асгарда?
Ведьма смущенно скосилась на юношу, когда его лицо показалось ей слишком близко. Она не понимала, что от него ожидать. Он вел себя по отношению к ней очень странно: ещё сегодня утром он был настроен враждебно и всячески травил своими неоднозначными намеками, разговор, продлившийся не дольше двух минут, доставил ей куда больше волнений и смутил сильнее, чем обряд Вечного Пламени. Теперь младший принц пытается играть в доброжелательного и общительного хозяина, в чьи сады она осмелилась выбежать среди ночи ради прогулки.
– Не хочу показаться грубой, мой принц, но Асгард для меня был сродни Хельхейму. Я думала, что если однажды попаду сюда, то попросту сгину. Ведь таких, как я, здесь ничего не ждет, кроме подземелья.
– Таких, как ты, здесь пока что не было, – вкрадчиво проговорил маг, слегка нагибаясь к ней, пристально рассматривая её лицо и в очередной раз убеждаясь, что прекраснее неё он прежде не встречал. Так и хотелось ощутить под пальцами мягкость её кожи.
– А как же моя мать?
– Из всех правил есть исключение. Ты не обязательно должна была быть заключенной. Что касается твоей матери, то она оказалась тут во времена, когда воспоминания о войне были ещё свежи. Тогда подозревали всех, кто владел хоть малой долей магии. Сегодня многие готовы взглянуть на мир другими глазами. И первое, что они увидят, будешь ты, – безобидная, чистая, светлая.
– То, как Вы говорите, не соответствует тому, что Вы чувствуете. Ваша неприязнь ко мне видна невооруженным глазом, мой принц.
– Неприязнь? – его черные брови взметнулись вверх от удивления. – Уверяю, тебе показалось. И зови меня Локи.
Селена спрятала застенчивую улыбку и бережно повторила про себя заветное имя.
– Локи означает огонь. И я его вижу в Вас.
Асгардский чародей с усмешкой обвел её глазами и поднялся со скамьи. Его тонкий, очерченный силуэт заскользил в темноте, озаренный лунным сиянием. Он повернулся к ведьме с тем же ироническим выражением лица.