Конечно, она понимала: сейчас её навыки словно песчинки в безмерной пустыне, а за последнее время ей казалось, что она утратила и самую малость своих способностей, и теперь ей придется учиться заново. Возможно, причиной тому служил её страх навредить окружающим, как это уже бывало прежде. Наверное, в данный момент не было бы лишним обратиться к Её Величеству, спросить о таком необходимом наставнике, которого, кстати говоря, Фригга обещала, но Селене показался этот вариант совсем невежливым, будто царица ей чем-то обязана. Поэтому самовольная ведьма непременно решила начать свои уроки, не ставя никого в известность. В конце концов, не такая уж она и бездарная, чтобы не справиться с собственной магией.
Раннее утро постучалось в её покои, озарив матовые золотые стены. В приподнятом и бодром расположении духа Селена спрыгнула с постели и начала сборы. Потом, подкрепившись завтраком, который ей принесла одна из дворцовых служанок, она захватила с собой пару книг, что Фригга передала ей ещё до того, как её признали полноправной гражданкой Асгарда, и отправилась на поиски уютного и тихого местечка, где никто бы не смог ей помешать.
Ведьма понимала, что придется попотеть с выбором подходящего места, которое скроет её от чужих глаз, в котором она сможет сосредоточиться, помедитировать, полностью отдаться телом и духом только колдовству. Одного лишь боялась Селена: столкнуться на пути из дворца с Локи. Ей бы очень не хотелось вновь видеть его укоризненный взгляд, будто она совершила непростительную подлость, а он не в силах простить её. Ей бы не хотелось опять увидеть насмешку на его губах, самодовольную и желчную. Он смеется над её самоуверенностью, над её самостоятельностью, над её напускной стойкостью, а она обязана вытерпеть любой укол с его стороны, поднять голову и гордо пройти мимо, делая вид, что и вовсе его не заметила. Она обойдется и без его неоценимой помощи, которую он не предложил, а скорее из жалости бросил к её ногам, как кость бросают хозяева дворовому псу.
К счастью, неприятной встречи не состоялось; Селене даже показалась, что она вообще осталась незамеченной ни в коридорах, ни на выходе. Странно, что она до сих пор чувствует себя будто маленькая сбежавшая из тюремного заключения преступница, и если её увидят, то непременно накажут. Она вышла через задний ход, прямиком в цветущие и покоряющие своей несравненной красотой сады.
Асгард уже не спал. Улицы постепенно оживали, в городе стояла суета и привычный шум. Селена слышала неподалеку детский смех, слышала, как в трактирах приглушенно пели песни и играла тихая живая музыка. Женские заурядные беседы где-то в глубине тесных улиц напоминали собою щебетание птиц. Строители и архитекторы, каменщики корпели над своими незаконченными творениями превосходных башен, статуй, арок, зданий и мостов. Рынок был переполнен народом, и Селена шла в толпе, изредка заостряя свое внимание на различных безделушках, которые продавались в палатах, разложенных на покрытых атласными скатертями скамьях. Здесь, кстати говоря, было множество любопытных для ведьмы вещиц в виде амулетов, свечей, магических рун, гримуаров, разного рода трав в специальных стеклянных скляночках, а ещё необычные украшения. Враждебности со стороны торговцев она не заметила, поэтому, за неимением монет, она выменяла янтарный браслет, который являлся одним из многочисленных подарков Фригги на магические руны, напечатанные на деревяшках и упакованные в сиреневый вельветовый мешочек.
Навстречу ведьме бежали дети, занятые своими забавами и играми, но ни они, ни взрослые не замечали её – уж слишком она сливалась с массой людей, почти неотделимая от их бесконечного потока, но в то же время для кого-то резко отличающаяся.
Девушка улыбалась, наслаждаясь одиночной прогулкой. Она была вольна пойти куда угодно, и наконец внимание её привлекло небольшое, но симпатичное строение с купольной крышей, к которому путь пролегал через каштановую аллею. Как только рынок закончился, число людей вокруг резко сократилось. Не более двух-трех человек, но и им не было дела до того, что юная особа поднялась по широкой парадной лестнице и вошла в старый маленький театр, давно уже не действующий и скорее предназначенный для редких посещений актеров, которые, возможно, черпают на его пустующей вот уже много веков сцене вдохновение. Взамен этого маленького театра были возведены несколько крупных и стояли они, в отличии от этого, не на отшибе, у воды, а в центре, перед Вальяскьялвом.