– Ну, варвары Мидгарда всегда отличались особой жестокостью, а что касается змеиной норы, то тебе она не светит. Так что можешь расслабиться. И вообще, покажи мне хоть одного ребенка, которого родители не пугали всякими монстрами. В твоем детстве, конечно, приятного мало, но… И мне тоже порой приходилось несладко. У нас с отцом, например, отношения никогда не ладились.
– Почему?
– Думаю, я просто вырос не таким, как он хотел.
Их путь продолжался. Они спускались все ниже, обходя покинутое жилище, не решаясь переступить его порога. Там внизу, куда их вел ровный спуск, шумела вода и разливался манящий нежно-васильковый свет. Там виднелась площадка под полуразрушенным куполом, уныло покачивающимся от легкого дуновения ветра. Очередная широкая лестница встретила путников и наконец вывела к чистому источнику. Был ли он творением самой волшебной силы природы, или же иные магические вмешательства вдохнули в него жизнь – загадка. Глубокий бассейн был окружен нагромождением скользких крупных валунов, служивших в качестве надежного ограждения. Вода отливала бирюзой, будто кто-то подсвечивал её изнутри, но чем глубже, тем мрачнее она становилась, и из спокойной синевы превращалась в черную мистическую бездну.
Когда Локи и Селена подошли ближе, ведьма наконец поняла, откуда исходил этот завораживающий перламутровый свет. Виной тому служили необычные цветы, пышными клумбами растущие возле источника. Правда, клумб насчитывалось не так уж и много: от силы штук пять.
– Это редкие виды цветов Хлин. Ночью они напоминают собой жемчуг, растущий в траве, а днем отливают сиренью, и яркий свет, которого здесь так не хватает, приносят именно они. Эти цветы обладают необычным свойством: они могут служить как лекарством, так и ядом, в зависимости от магии, которая к ним применяется. – Пояснив это, Локи указал местечко рядом с источником. – Рунное озеро. На каждом из этих камней скрыты руны, смысл которых постичь ещё не удавалось никому.
– Даже тебе? – осторожно усевшись на один из камней, спросила ведьма.
– Это иная магия. Она подвластна только тем, кто жил здесь веками. Я много дурного слышал о ведьмах, но то, что они глупы, не слышал никогда.
Нельзя сказать, чтобы слова Локи заставили Селену возгордиться своим родом, тем не менее, ей польстил отзыв действительно талантливого мага. Он всегда знает, о чем говорит.
Девушка все норовила коснуться прозрачной воды, по которой проворно бежала мелкая рябь. Локи стоял рядом и пытался ловить мысли ведьмы, плавно переходящие из грустных в восторженные. Ей нравилось это место, но, пропитанное скорбью и одиночеством, оно приводило её в отчаяние. Локи понимал, что ей необходимо дать время, чтобы свыкнуться с обстановкой. Она обретет здесь особый покой, ведь этот лес мог бы быть её домом… Но вот что ему трудно было понять до сих пор: её мать не входила в клан Монелис, но сумела призвать волка-хранителя, который принадлежал её дочери; следовательно, Селена так или иначе имеет непосредственную связь с сестрами, является их прямым потомком. И если верить Фригге, то не исключено, что она является представителем второго поколения, идущего от клана сестер, по линии своего отца. Связь, которую она наверняка ощущает, никогда не будет уничтожена. Богам сделать это не под силу. Кстати, о силе… Локи выпрямился и снова заговорил серьезным тоном:
– Твоя магия окрепла, Селена, вместе с тобой. И метод с рисованием, надо отдать должное, хоть и был весьма неплох, но больше не эффективен. Норны дают колдунам и колдуньям ровно столько сил, сколько они способны вынести. Но если силы не контролировать, то они могут стать большой проблемой не только для их носителя, но и для окружающих. Ты, я думаю, и сама это поняла.
– Я это и раньше понимала. Все дело в моих эмоциях. Я так часто вспоминаю…
– О чем? – юноша сел в метре от неё.
– О прошлом… Пытаюсь его анализировать, найти виноватых, или найти для них оправдание. И делаю это с таким рвением, как будто это что-то изменит.
– Ты пробуждаешь страх, разочарование, недоверие, смутное беспокойство, и магия тогда выступает своеобразным щитом, чтобы тем самым защитить тебя от опасности.
– Наверное, так… – Селена лениво очерчивала бугристые контуры камня, на котором сидела. – Это можно исправить?
Локи кивнул на мягкую траву.
– Садись, там тебе будет удобней, – велел он, и ведьма послушалась. – Ты когда-нибудь медитировала раньше?
– Конечно. Ну, то есть, пыталась.
– Замечательно. Тогда делай все как обычно.
– Что, прямо здесь? – опешила она.
– Именно здесь. Иначе зачем мы так долго сюда шли?