– Так что произошло со мной? – Ведьма встала вполоборота и снова осмотрелась. Удивительно, но внешний вид Обители никак не изменился, хотя оно готова поклясться, что чувствовала весь нанесенный самолично урон.
– Ты могла бы стать для этого мира настоящей катастрофой, – без доли шутки заявил Локи, действительно потрясенный её мощью. Он подозревал, что она очень сильна, но не думал, что настолько. – Но ты сумела предотвратить беду без чьей-либо помощи. Пожалуй, не будь эта Обитель заколдованной, ты бы её просто уничтожила. Теперь ты понимаешь, почему я выбрал именно это место? В любом другом ты бы погубила бесчисленное множество жизней.
– Я подавила свою магию? Сама?
– Да. Ты обуздала энергию, и это очень важный шаг для тебя. Дальше будет гораздо легче.
– А дальше?.. – она хотела узнать, что ещё он припас для неё, но маг не дал ей договорить:
– Мы вернемся сюда завтра, – твердо сказал он, бросая взгляд на печальную полную луну, что становилась все бледнее, как будто тонула в бездне матово-синих небес. – Рассвет близко, и нам пора домой.
– Хорошо, – посмотрев на безмолвные деревья, отозвалась Селена с грустью. Лес расступался перед ней, будто занавес на большой сцене, открывая вид на бескрайние равнины и дымчатые горы, над которыми повисло пурпурное небо, предвещая скорое пробуждение солнца.
Локи повернулся и направился к лестнице. Селена неохотно последовала за ним, все ещё ощущая слабость в ногах и руках и ненавязчивую ломоту во всем теле. Напоследок она ещё раз окинула взглядом Рунное озеро и улыбнулась уголками губ. Это место по истине когда-то было райским, и кто бы мог подумать, что она могла родиться здесь, могла избежать всей «прелести» жизни изгоя, могла гулять на раздолье тех необозримых полей, что раскинулись за пределами леса, могла жить в той уютной хижине вместе с матерью, могла спокойно изучать магию без страха быть пойманной и заподозренной в злых кознях.
Она все думала, мечтала, представляла. Ей было важно иметь хотя бы приблизительный образ своей мамы, но она, как ни старалась, не могла вообразить её себе. Однако теперь ведьма точно знала, что мысли о ней не встревожат её, а отныне будут лишь порукой. Она больше не хочет задавливать себя прошлым, в котором нет ничего, кроме страданий. Гораздо важнее, что у неё есть теперь. А теперь у неё есть Локи. Вот только она пока не могла сказать, награда ли он или же проклятие. Ни одна из чаш весов не перевешивала другую. Он столь же добр к ней, сколько опасен для неё. Она это чувствовала. А ещё она чувствовала, что магия связывает их все крепче.
Кажется, лес они покинули достаточно быстро. Верный жеребец мирно пасся на лугу, неподалеку. Хотя Селена подумала, что животное попросту заснуло, склонив к земле голову. Локи приблизился к коню и легонько потрепал его за гриву. Тот зафырчал в знак приветствия, встрепенулся и быстро поднял сонную голову.
– Бедный, – жалостливо пропела Селена, погладив жеребца по загривку, – прости, мы тебя разбудили.
Локи был приятно удивлен, когда его абсолютно неручной конь, знающий исключительно своего хозяина, так спокойно отнесся к близости и ласке незнакомой ему девушки.
– Он тут не единственный, кто хочет спать, верно? – подмигнул принц Асгарда и усадил ведьму в седло. Устроившись сзади, он ухватился за поводья и все так же надежно и крепко обнял Селену за талию. Та, спрятав лицо в капюшоне своей накидки, осторожно прильнула к груди юноши и расслабилась. Жеребец поскакал рысью в сторону столицы, и ведьма не заметила, как уснула.
Локи не разбудил её, когда они вернулись. Пришлось прибегнуть к магическим уловкам, чтобы перенести уставшую ведьму в её покои. Странным показалось Локи то, что он прямо сейчас волен делать с ней все, что вздумается, но у него просто не поднимается рука. Эта славная девочка доверчиво прижимается к нему и преспокойно спит, но при этом совершенно не уверенная в том, что с ней ничего плохого не произойдет. И маг возвращает её в покои, укладывает на постель и больше не дотрагивается до неё, наблюдая издалека за её мирным и безмятежным сном. Помнится, когда он так наблюдал за ней в последний раз, на её губах не дрожала улыбка. А сейчас, томно вздыхая, она улыбается. Нет, тьма не лукавит с ним, он это точно видит.