На этот раз я кидаю камень с его небольшой помощью, и он отскакивает. Один, два, три, четыре раза, прежде чем погрузиться в воду.
— Получилось! — я подпрыгиваю и в порыве безудержного восторга толкаю его слишком сильно. Он падает, совершенно не ожидая такого внезапного толчка. Элиас ругается, а я почти кричу: «Дерево падает!», но он хватает меня за руку. Я падаю прямо на него.
Он ворчит, когда его задница с всплеском падает в воду, его мокрая рука скользит вокруг моей талии и мочит ткань моей лавандовой блузки. Я прижимаюсь к его теплому телу, и его твердость меня совсем не удивляет. А только добавляет еще один его образ к каталогу, который я храню в своей голове. Я отталкиваюсь руками от его груди, все еще неуклюже сидя у него на коленях.
— Ты схватил меня! — я брызгаю на него водой.
Даже когда я пытаюсь выглядеть злой, потому что мои джинсы полностью промокли, я не могу сдержать смех, который вырывается из меня. Наконец он тоже смеется, и этот звук вызывает почти такую же эйфорию, как аплодисменты после спектакля.
Он вытирает воду с лица и смотрит на меня, прищурив глаза.
— Я? Это ты меня толкнула.
Я пожимаю плечами, глядя в его карие глаза, которые невинно смотрят на меня. Я решаю не говорить ничего о том, как мы оба промокли.
Когда вода начинает согревать мою кожу, у меня появляется желание свободно поплавать. Я делала так в старшей школе. Но сейчас, на долю секунды, я хочу, чтобы Элиас схватил меня еще крепче, чтобы я не чувствовала себя такой свободной — как будто есть что-то, что меня удерживает. Что-то, что хочет меня удержать.
Вместо этого я позволяю ему помочь мне подняться.
— Пойдем, у меня в машине есть запасная одежда, — говорит Элиас.
Я вытираю мокрые ладони о блузку и следую за ним к его машине. По дороге он поднимает свои туфли и телефон, а я дрожу в ожидании, пока он откроет багажник.
Элиас протягивает мне полотенце, и я молча беру его, вытираясь, пока он роется в большой сумке. Он дает мне футболку и шорты. Обе вещи очень большие, но мне грех жаловаться. Я не хочу сидеть в мокром нижнем белье всю дорогу до дома.
Под укрытием белого полотенца я переодеваюсь в мешковатую футболку «Торонто Тандер» и серые шорты. Я три раза подворачиваю их пояс, чтобы они ненароком не упали. К тому времени, как я поворачиваюсь, он уже переоделся, а моя мокрая одежда лежит в сумке вместе с туфлями на каблуках.
Он отвозит меня домой и, как настоящий джентльмен, провожает прямо до двери. Он ни разу не упоминает о состоянии обветшалой квартиры или моей поцарапанной двери, которая выглядит так, будто бешеные животные пытались прогрызть себе путь внутрь.
— Спасибо за свидание. Было весело, — говорю я.
Элиас задерживается у двери, и я втайне надеюсь, что он поцелует меня. Потому что, хотя я никогда не целовалась с кем-либо на первом свидании, для него я бы сделала исключение.
Но ничего не происходит, и Элиас делает шаг назад.
— Спокойной ночи, Сэйдж.
Я улыбаюсь ему, и он уходит, спускаясь по тропинке к месту, где припаркована его машина.
И, как и у него, улыбка исчезает с моего лица.
Глава 7
Элиас
После нашей последней игры против Далласа я три раза ходил к физиотерапевту. Падение на задницу вчера вечером не помогло облегчить боль в теле от особенно жестокого удара. И когда я проснулся за час до будильника, потому что ослепительное солнце пробивалось сквозь шторы, боль все еще не прошла.
Я смотрю на часы, но мое внимание привлекает камень, лежащий на тумбочке. Я забыл про него.
Вдруг в моих ушах раздается яркий смех Сэйдж, и ее энергичность настолько заразительна, что невозможно не почувствовать ее. Беззаботная и счастливая. Так я бы описал ее, когда впервые встретил, но после нашего свидания я понял, что это не соответствует действительности. Она как открытая книга и ведет себя так, будто ее ничто не беспокоит, но я знаю, что если бы снял с нее маску, то увидел бы нечто другое. Нечто, что покажет мне, что ее готовность поделиться травматическими переживаниями из своей жизни помогает ей скрыть гораздо больше. Как будто она защищает себя фасадом честности.
Я редко доверяю людям, если вообще доверяю. Но Сэйдж — другая. Ее страсть к балету развеяла все мои сомнения по поводу нее. Она не пришла на это свидание, чтобы получить мой номер или вынюхать подробности моей личной жизни. Она выполняла свою часть сделки, в которую ее втянули.
Мои мысли разбегаются, когда я наконец встаю, чтобы принять душ и позавтракать. Я чувствую тревожное волнение, сжимающее желудок, еще до того, как беру телефон и вижу уведомления. Для меня не редкость получать шквал сообщений и отметок в постах перед игрой, но в этот раз ситуация иная.