Эйден Кроуфорд сидит за моим столом — или я сижу за его. В любом случае, я волнуюсь. Не из-за себя, а из-за Шона, потому что он просто обалдеет, когда я расскажу ему об этом. Я не самая большая фанатка хоккея, но, судя по тому, как мой дядя расхваливает Эйдена Кроуфорда, и по джерси с его именем, которую Шон хочет получить на свой день рождения, я знаю, что он — важная персона.
— Ты в порядке? — его глубокий голос заставляет меня снова посмотреть на него, и я вижу, как он протягивает мне стакан воды. Я слишком энергично киваю и беру стакан, чтобы спрятаться за ним. — Ты Сэйдж, верно? Марк сказал нам, что его племянница будет выступать сегодня вечером. Я Эйден.
Я пожимаю его протянутую руку, пытаясь прочистить горло.
— Мой брат — твой большой фанат.
— Да? — он улыбается. — Я могу… черт!
Я вскидываю голову, но, когда смотрю на Эйдена, его взгляд устремлен уже не на меня. Проследив за ним, я вижу Лану, ту девушку, которая держит в руках табличку с номером и выглядит счастливее, чем несколько минут назад.
Голос аукциониста привлекает мое внимание к сцене.
— Далее, друзья, у нас свидание с защитником «Торонто Тандер» Элиасом Уэстбруком. Приготовьте ваши таблички, и посмотрим, кто станет счастливым победителем!
Я удивляюсь, когда вижу, что тот парень стоит на сцене, его челюсть сжата, а поза напряжена. Можно с уверенностью сказать, что он не по своей воле согласился на это.
Голос аукциониста пронесся по залу, громкий от волнения.
— Начнем торги… кто готов провести незабываемую ночь с Элиасом?
— Сэйдж? Как ты смотришь на то, чтобы оказать мне услугу? — говорит Эйден.
Я отвожу взгляд от Элиаса и вижу озорную улыбку Эйдена. Какую услугу я могу оказать Эйдену Кроуфорду?
— Зависит от того, что это за услуга, — осторожно отвечаю я.
— Это прозвучит безумно, но мне нужно, чтобы ты перебила ее ставку, — Эйден указывает на Лану, и мои глаза расширяются. Он протягивает мне табличку и что-то набирает в своем телефоне, прежде чем показать мне. Это сумма. Большая сумма.
— Я-я… — заикаюсь я, ошеломленная. Хотя просьба вполне понятна, учитывая то, что я видела снаружи. Но стоит только взглянуть на мой банковский счет, и я почти уверена, что найду там перекати поле.
Решительные зеленые глаза смотрят на меня.
— Я обещал Эли прикрыть его, и эта девушка не должна выиграть сегодняшний аукцион. Она…
— Устроила засаду в его гостиничном номере?
Его голова откидывается назад, а брови хмурятся, когда он изучает меня.
— Я подслушала их разговор, — объясняю я.
Довольный взгляд рассеивает его замешательство.
— Хорошо, значит, ты понимаешь, что ее победа не сулит ничего хорошего. Я заплачу, но поскольку я член клуба, я не могу участвовать в торгах. Поможешь мне? — снова спрашивает он.
Я верчу в руках табличку, как раз когда Лана кричит:
— Две тысячи!
Она сказала «две»? Тысячи долларов? Теперь сумма, которую набрал Эйден, стала более понятной. Однако я не уверена, что мой рот сможет произнести это число вслух.
Женщины постарше перешептываются, держа таблички в руках, словно готовятся к войне.
— Две тысячи двести, — вмешивается кто-то еще.
Легкая струйка облегчения охлаждает мою панику, когда я поворачиваюсь к Эйдену.
— Другие женщины могут перебить ее цену. Он кажется довольно популярным, — говорю я, отчаянно ища выход.
Эйден кивает.
— Надеюсь, но если нет, то мне нужно, чтобы ты сделала ставку.
— Две тысячи пятьсот, — кричит другая женщина, и еще две такие же нетерпеливые женщины увеличивают сумму. Моя челюсть отвисает при каждой новой озвученной сумме, а ладони потеют, когда я понимаю, что очень скоро мне придется поднять свою табличку.
Аукционист повторяет номер, сканируя глазами зал в поисках ставки побольше.
— Две тысячи восемьсот, — ровный голос Ланы обладает властностью, которая заставляет чрезмерно настойчивых женщин сдаться. О-ох.
— Вау! Две тысячи восемьсот долларов, дамы и господа. Никто не хочет предложить больше?
Элиас стоит уверенный в себе, его темные волосы идеально уложены, а мускулистая фигура облачена в дорогой костюм. Не удивительно, почему эти женщины готовы выложить по две тысячи за один вечер с ним. И все же я не могу не заметить едва уловимую напряженность в его теле — от него волнами исходит напряжение. Ему удается смотреть вперед, изо всех сил стараясь не встречаться взглядом с очень самодовольной Ланой.
— Раз…
Эйден подталкивает мою табличку, и я сглатываю, пытаясь найти оправдание.