Никто не глянул в ее сторону.
Затаив дыхание, Изадора шагнула к черному ходу, мимо Куки, самой старшей из кухонной прислуги. Но никто и глазом не моргнул.
Принцесса взялась за дверную ручку и слегка потянула. Позади раздался крик:
– Кто не запер дверь? Сквозняк!
Прежде, чем кто-то успел запереть ее, Изадора выскользнула через узкое отверстие. Дверь за ней захлопнулась. Свежий вечерний воздух наполнил легкие, а губы сами собой растянулись в улыбке.
Она сделала это: вышла из замка, и никто даже не догадался.
С растущей уверенностью Иза проскользнула мимо четырех стражников у главных ворот, даже не оглянувшись. Она остановилась лишь на дороге у подножия холма и посмотрела на город Тайрнс.
Огромные мраморные здания заслоняли небосклон.
Город разросся за пределами замка, большая часть фирм и магазинов из жилых районов соседствовали с заведениями в убогих окрестностях. Принцесса могла просто перенестись в ту часть города, куда направлялась сегодня, но не сделала этого. Вместо этого наслаждалась тем фактом, что могла сегодня уйти по делам никем не замеченной.
Будущая царица Арголеи выскользнула за стены замка – немыслимо. Вне досягаемости тяжелой руки отца. Подальше от всего, что медленно убивало ее.
«Не медли, Изадора».
Лучше поторопиться. Если ее долго не будет, кто-нибудь да заметит, и тогда наступит свистопляска.
Вспомнив карту, которую изучала сегодня, Изадора закрыла глаза и представила Коринф-авеню – в руках и ногах появилась невероятная легкость, и принцесса полетела.
Телепортация – странное ощущение, которое она нечасто испытывала, потому что обычно оставалась в замковых стенах. Одной из привилегий жизни в Арголее было то, что жители могли переноситься из одного пункта в другой, просто представив себе место назначения. Намного быстрее, чем идти по городу с населением в два миллиона. Намного безопаснее непредсказуемых машин и грузовиков, которые Изадора видела в мире людей. Разумеется, для телепортации нужно находиться вне помещений и подальше от стен, но сегодня такой проблемы не стояло.
Она замедлила ход, затем остановилась, открыла глаза и увидела в точности то, что представляла, когда подслушала описание этой городской территории. Стало совсем темно, и уличные фонари, расставленные через каждые десять метров, освещали унылую булыжную мостовую. Полуразрушенные магазины с грязными витринами и с выцветшими буквами, которые трафаретили слишком давно. Большинство было уже закрыто. На обочине перевернули мусорный бак со всяким хламом и вчерашними объедками. Трое маленьких оборванцев, которые, похоже, не мылись несколько дней и которым было не больше семи лет, рылись в его содержимом.
Она не стала заходить в бар справа, быстро пройдя мимо открытой двери. До нее донеслись громкие крики, а затем женский смех и звук отодвигаемых стульев по деревянному полу. Не обращая внимания на вечеринку в баре, принцесса пошла к обособленному магазинчику в конце пустой улицы. В место под названием «Гелиос».
В задней части магазина горел свет. И не обращая внимания на вывеску «ЗАКРЫТО» на двери, Изадора положила руку на дверную ручку и толкнула.
В нос ударили запахи ладана и трав, используемых в древних церемониях. Свечи мигали там и сям на столах и с настенного канделябра над прилавком. На столах, покрытых разноцветными полотнами, лежали полированные камни, засушенные цветы, травы, кристаллы и бусинки. И по всему помещению валялись человеческие безделушки, как золотой песок в речном потоке.
Маленькая копия статуи Свободы высотой в десять сантиметров, мобильник, книга под названием «Сумерки». Женские сапоги на высоком каблуке, рубашка с надписью «Аберкромби» на всю грудь. Повсюду лежали предметы из другого мира.
И чем больше Иза смотрела, тем дальше заходила в магазин.
Изадора сняла капюшон и посмотрела на беспорядок на полках и выставочные экспозиции. Боги. Он много лет тайком проносил человеческие реликвии. Принцесса не вполне понимала, как Совет не заметил и не прикрыл эту лавочку.
И все же она улыбнулась, потому что именно этого и ожидала.
Принцесса прошла дальше в комнату и врезалась в стол. Картинная рама зашаталась, а потом со стуком рухнула стол.
– Мы закрыты, – раздался голос из подсобки.
Изадора осторожно повесила раму на место, а потом сглотнула в наступившей тишине.
Иза никогда не умела шантажировать и уже однажды разыграла свой козырь. Она понятия не имела, сколько сможет пользоваться своим компроматом. Но этот мужчина нужен был ей сейчас – даже больше, чем тогда,