— Здравствуй, Марис! — ответно улыбнулся мой спаситель, словно только что заметил блондина. — Жаль, но, очевидно, сегодня не твой день, дружище, — беря меня под руку, сокрушенно произнес он, пристально глядя в глаза мужчине.
— Очевидно, да, — бесцветно согласился тот, медленно разворачиваясь и направляясь к своему столику.
— Спасибо, — благодарно выдохнула я, выходя из сковавшего тело нервного паралича.
Эдмонд кивнул и затрясся от беззвучного смеха, ведь Марис в ту же секунду схватил свой недопитый виски и вылил остатки себе на голову.
— Это твои проделки? — с осуждением воззрилась я на мужчину, попутно наблюдая, как ошарашенно крутит мокрой головой Марис, а гости, стоящие рядом и наблюдающие эту престранную картину, отворачиваются, скрывая смех.
— Мои, — все еще хохоча, выдавил Эдмонд и отсалютовал гневно уставившемуся на него Марису.
— Зачем же ты так… — укоризненно бросила я, хотя сама тоже еле сдерживала смех.
Эдмонд пожал плечами.
— На войне все средства хороши, — вновь хохотнул он, провожая взглядом блондина, бегущего через зал, расталкивающего всех на своем пути и прикрывающего голову руками. — А куда подевался Велор?
Я в секунду обвела взглядом зал: брюнета нигде не было. Виктории тоже. Я пожала плечами, а в душе недовольно заворчал досель спящий зверь. Эдмонд слегка нахмурился, словно что-то обдумывая.
— Идем танцевать, — суховато приказал он.
Я протестующе замотала головой. Велор настоятельно рекомендовал мне держаться от своего брата подальше, да и в памяти все еще были свежи воспоминания о моей непростительной ошибке и поцелуе с Эдом.
— Ты желаешь потанцевать с Марисом? — язвительно поинтересовался он, а я вновь помотала головой. — Тогда идем, — махнул Эдмонд рукой, и я послушно поковыляла за ним.
— Только пообещай, — встала я напротив мужчины и положила руку ему на плечо, — никакого убеждения и никаких магических штучек!
Мужчина легко положил широкую ладонь мне на талию и взял свободной рукой мою руку.
— За кого ты меня принимаешь? — серьезно спросил он, сверкнув темными глазами.
Я пожала плечами.
— Если скажу, ты разозлишься и мне несдобровать.
Эд хмыкнул и легонько потянул меня, заставив шагнуть вперед. Сам же отступил назад. Затем сделал полшага на меня, а я мягко отступила.
— Кажется, мы танцуем, — с легкой улыбкой заметил он. — Попрошу секретаря занести в протокол: без всяких штучек и магии, — важно кивнул мужчина.
Я робко улыбнулась: «А ведь и правда… Танцуем! Вот чудеса!»
Верно в народе говорят: не так страшен черт, как его малюют.
Пару танцев спустя меня перехватил Лео. Эдмонд же пригласил какую-то темноволосую девушку, с которой очевидно был знаком. Брюнетка, надо отметить, была в неописуемом восторге и глядела на Эда с легким раболепием.
— Ну как ты? — весело спросил Леонард, задорно кружа меня в танце, я засмеялась.
— Теперь уж точно отлично!
От быстрого кружения в голове помутнело. Я приложила ладонь ко лбу, а Лео захохотал и, гордо задрав подбородок, принялся выписывать какие-то «па» совершенно незнакомого мне танца. Я прихлопнула в ладоши. Как должно двигаться мне, я не знала, поэтому стояла и просто аплодировала парню.
Неожиданно Эдана, бросив своего незадачливого кавалера, с которым меланхолично передвигалась по залу, вытянулась в струнку и направилась к брату. Девушка легко вскинула руки вверх, и ее и без того тонкая фигурка, утянутая корсетом, стала похожа на иглу.
Мягко шевеля кистями нежных рук, Эдана проворно подскочила к Лео. Плавно отклонилась назад, а Леонард, поняв, что у него наконец появилась партнерша, легко поймал ее и, описав круг подле сестры, разжал кольцо объятий.
Я, наблюдая за танцем, восторженно раскрыла рот.
Эда несомненно прекрасно чувствовала музыку. Она двигалась красиво и безукоризненно попадала в ритм мелодии, разливающейся по залу. Я бы так точно не смогла!
Леонард слегка сбавил пыл: теперь вела партнерша. Однако он тоже привлекал к себе не дюжее внимание, и половина зала, разумеется, женская половина, с широко раскрытыми глазами ловила каждое его движение.
— Этот танец называется «Ур-Эта», — вполголоса проговорил мне на ухо внезапно оказавшийся за моей спиной Велор, я от неожиданности подскочила, схватившись за сердце.
— Ты смерти моей хочешь?! — сердито воскликнула я, а мужчина недоуменно нахмурился. — Перестань подкрадываться, — уже спокойнее попросила я и вернулась к созерцанию танца, превратившегося скорее в театральное действо.