— Ну раз так… — ладошки при этом жутко вспотели. — Тогда да, ты тоже фриковатый.
Велор словно оскорбился. Он цокнул языком и отвернулся.
— Прости, — виновато тронула я его руку, лежащую на столе. — Сам посуди, — засмеялась я. — Нормальный парень со мной связываться не станет!
Велор ухмыльнулся и, словно назло мне, согласно покивал.
— Это верно, — продолжал скалиться он. — Мне стоило бежать от тебя еще тогда, когда ты выбила из моих рук стакан, — сокрушенно причмокнул он губами. — Очевидно, я и впрямь ненормальный!
Я покрутилась на стуле.
— Я не говорила, что ты ненормальный… — мне было невероятно неловко.
— Точно! Я же фриковатый! — щелкнул он пальцами. — Нда-а, — протянул Велор. — За мои триста с лишним лет меня как только не называли, но фриковатым… — раздался легкий серебристый смех. — Ты не перестаешь меня удивлять, Элиза!
Я, окончательно смутившись, пробормотала.
— Ну ты же весьма необычный… Да и к тому же, ты даже не человек! — обрадованно воскликнула я, словно нашла неоспоримый аргумент.
— А ты скажи это погромче, — с насмешкой ответил брюнет. — Похоже, та парочка за соседним столиком тебя не услышала.
Я засмеялась, Велор тоже.
— Давай будем считать, что «фриковатый» — это комплимент, — робко предложила я.
— Хорошо, — охотно согласился мужчина и, кажется, впервые тепло улыбнулся мне. — Хотя я все еще пребываю в смешанных чувствах, — протянул он.
— Прости, — снова состроила я жалостливое лицо, копируя одну из мордашек Лео. Мужчина, отметив это, засмеялся.
— Думаю, я тоже должен извиниться, — мягко проговорил Велор. — Прости меня, Элиза. Я не хотел, чтобы все так вышло. А особенно сегодня…
Я кивнула и подала брюнету руку в знак примирения. Он несильно пожал ее.
— И кстати, — деловито почесал он нос, — на твоем месте, я не стал бы относиться к словам моей дражайшей матушки с таким недоверием. Она права, я и впрямь могу быть мягким, обходительным и чутким, — хитро сощурился он. — Если захочу, конечно.
Я притворно вздохнула.
— Эх, хотелось бы воочию лицезреть сие чудо! — я еще раз сокрушенно вздохнула. — А еще Валери сказала, что ты весьма сносно поешь, — смеясь, уставилась я на брюнета.
— О, Сорес… — простонал Велор и приставил к своему виску два пальца, словно пистолет.
Это вновь меня рассмешило. Хорошее настроение вернулось, и мне было глубоко наплевать на ядовитую официантку и ее несбывшиеся мечты и чаяния. Ведь этот несносный временами красавец сидел сейчас со мной. И он не сводил с меня глаз.
В эту секунду между нами творилось что-то магическое, неземное… я, практически кожей ощущая легкое прикосновение его взгляда, невольно покусала нижнюю губу.
— Лиза, — заметив это, тихо проговорил мужчина.
Он немного подался вперед, словно от расстояния между нами зависело пойму ли я то, что он хочет сказать. Приму ли…
— Ох! — вздрогнула я от испуга, ведь телефон в кармане истошно завопил.
Велор разочаровано откинулся назад.
— Это Рита, — извиняющимся тоном произнесла я. — Надо ответить. Вдруг что-то важное.
Еще утром я сообщила ей, что сегодня у нас с Велором свидание. Поэтому я понимала, без особой надобности Марго тревожить меня точно не стала бы. Велор сделал непонятное движение рукой, мол: «Валяй, отвечай».
— Да, — не без волнения в голосе, ответила я подруге.
— Лиз, я знаю, что ты на свидании, но… — сбивчиво говорила девушка. — Ты можешь говорить?
Почему-то я была уверена, что Велор слышит каждое слово. Я украдкой взглянула на него. Он сидел, невозмутимо глядя перед собой и периодически отпивая из чашки.
— Говорить могу, — слегка поалела я. — Что-то случилось?
Маргарита помедлила.
— Лиз, похоже, за мной кто-то следит! Я не смогла дозвониться Лео, потому звоню тебе! Я не знаю… — девушка снова замолчала, словно ее что-то все время отвлекало.
— Рита! — громко заговорила я. — Что там у тебя, кто за тобой следит?
У меня от ужаса язык начал заплетаться, а желудок ухнул куда-то вниз.
Велор помахал рукой, призывая отдать мобильник.
— Рита, это Велор, — спокойно и быстро заговорил он. — Слушай меня и делай то, что я тебе скажу. Все будет в порядке!
Мужчина поднялся на ноги и, кинув пару купюр на стол, направился к выходу.
— Лиз, — отнял он трубку от уха. — Идем.
Я, подскочив с места, схватила одежду и рванула следом.
Ноги тряслись от ужаса, руки тоже. В голове был молочный туман, а в этом тумане отчаянно билась лишь одна единственная мысль: «Только бы с Ритой ничего не случилось! Только бы ничего не случилось! Боже мой, пусть это будет один из ее незадачливых поклонников! Только бы не Натана».