Рысь внимательно наблюдала за мной.
— Создания Иппора помнят и знают о начале в каждом из них, а вот вы об этом забыли, — промурлыкала она, когда я вновь обратила свой взгляд на нее.
— Ох, — потерла я лоб. — Сложно.
Рысь молчала и лишь щурилась, глядя на меня. А я вспомнила, как Велор и впрямь говорил что-то о «начале» Аялы.
— А ваше начало тоже огонь? — спросила я у рыси.
Рысь потянулась.
— Нет, я не имею начала, — заурчала она и улеглась, давая понять, что моя догадка о том, что это Аяла, неверна. — А вот у той, с кем я связана… Верно, ее начало огонь.
— Хм… — протянула я, размышляя. — Скажите, раз щит разрушен, мы с Велором теперь, как и прежде, будем ощущать чувства друг друга? — Рысь мягко кивнула. — И это закончится лишь тогда, когда падет проклятие Натаны?
— На этот вопрос у меня нет ответа, — кошка снова потянулась. — Вы зашли дальше, чем можно себе представить, и связаны теперь не только телом, но и духом.
Я, смущенно потирая глаза, ненароком глянула на Велора и тут же вскочила.
— Какого черта?! — уставилась я на саму себя, уютно устроившуюся в объятиях мужчины. — Что происходит? — я инстинктивно поглядела на свои руки.
Они, вопреки моему ожиданию, не были призрачно-прозрачными. Я ощупала свои плечи и ноги — все весьма ощутимо.
— Что происходит? — вновь спросила я у рыси. — Кто она?
— Ты, — спокойно ответила дымная кошка.
— А кто же тогда я? — я приложила руки к груди, которая, надо отметить тоже была вполне материальной.
Рысь лукаво мигнула и уселась.
— Это философский вопрос, — поглядела она на меня, тихонько сопящую в кровати и уже совсем не голубовато-синюю. — Это тоже ты, — вернулся ко мне кошачий взгляд.
— Это сон? — догадалась я. — Это все нереально!
— Отчего же? — рысь мягко встала на лапки и обошла меня вокруг. — Я мыслю, ты мыслишь. Значит, мы обе реальны.
В то, что все это явь, верилось с трудом. Я протянула руку к кошачьей мордочке и легонько коснулась ее. Пальцы окунулись в легкий теплый туман. Рысь блаженно зажмурилась, словно домашняя кошка.
— Не бойся, Лиза, теперь все будет хорошо, — боднула меня она в бедро.
И я почему-то поверила. Я кивнула и уселась на пол, облокотилась спиной о кровать и поджала ноги. Кошка положила голову мне на колени, и я продолжила рассеяно чесать ее за ухом с пушистой кисточкой на конце.
Мне было тепло и спокойно, как никогда в жизни. Подсознательно я понимала, что это, скорее всего, чувства той, которая все так же мерно дышала в объятиях своего мужчины.
Или моего мужчины…
«Нашего!» — мысленно поправила себя я и улыбнулась, блаженно прикрыв глаза.
Наутро я лежала в кровати и боялась пошевелиться, ведь все тело неприятно саднило, но ломающая боль и холод отступили. Спустя полчаса, поняв, что лежать неподвижно больше не в силах, я аккуратно повернулась на другой бок.
— Елизавета? — внезапно прозвучал холодный надменный голос. — Что ты, во имя Сореса, делаешь в моей постели?
Я испуганно сжалась в комок, ведь это говорил Велор! Он тоже проснулся и теперь, сдвинув брови, строго взирал на меня.
— Я… — замямлила я, ужасаясь и не понимая, что происходит. — Я же…
Поерзав, я попыталась сесть, но мужчина, во весь голос захохотав, схватил меня поперек туловища и уткнулся носом в мое плечо. Его ночной жар спал, и он был как всегда чуточку прохладным.
— Очень смешно, Велор! — заворчала я, поняв, что брюнет меня попросту разыграл.
Велор, все еще хохоча, поглядел на меня.
— Испугалась? — лукаво сверкая серыми глазами, вкрадчиво поинтересовался он.
— Ничуть.
— Я же говорил, что ты врать не умеешь, — вздохнул брюнет, потирая грудь и снова хихикая.
Это его простое и незамысловатое движение: потирание груди кулаком, заставило меня вздрогнуть.
— Велор! — воскликнула я и села. — Щит Аялы разрушен!
Мужчина вытаращил глаза.
— Что-о? — протянул он. — Но, Элиза, как ты догадалась?
Он снова захохотал, видя недоумение на моем лице.
— Что это с тобой сегодня, — проворчала я, тоже не в силах сдерживать улыбку. — Тебе за ночь чувство юмора вживили?
— Ага, — кивнул брюнет, все еще веселясь. — Кстати, как ты себя чувствуешь? — вдруг посерьезнел он.
— Сносно.
Мужчина поджал губы и поерзал, собираясь подняться с постели.