— Проверь, что там, — скомандовала она элементалю, и тот тут же пришел в движение.
Бесформенная гора плавно поплыла прочь из гостиной, а Натана, словно немного успокоилась.
— Души обычных людей, населяющих этот мир, слабы, тебе ли не знать, Валери. Их понадобилось бы десятки, сотни, а может, и больше! — вернулась ведьма к разъяснениям. — Куда гуманнее использовать всего три магически-развитых души. Ах, и еще твою, Лиза! — она указала на меня острием клинка, смеясь. — Прости милая, ничего личного! Ты лишь жертва обстоятельств.
— Ни за что не поверю, что ты из милосердия пожалела пару сотен ни в чем неповинных людей, — процедила я с сарказмом.
— Разумеется, дело не в милосердии! — усмехнулась женщина, расслабившись. — Просто это с технической точки зрения гораздо сложнее. Нужно связать себя с огромным количеством людей, — кокетливо начала она загибать пальчики, — вытянуть из каждого душу… Такая морока!
— Мне показалось, Натана, ты не из тех, кто боится трудностей.
Вместо ответа ведьма неожиданно резко замахала руками перед собой, словно разгоняла невидимых комаров.
Мне на секунду почудилось, что пчелки в моих мозгах ожили. Я затаила дыхание, лелея надежду, что это Велор, но гул затих. Я удивленно уставилась на Натану, однако женщина вновь приняла невозмутимый вид.
— Натана, могу я спросить?
Состояние у меня вновь было критическим, накатила тошнота и головная боль, однако выбора не было. Либо сражаться, как только могу и тянуть время, в надежде, что я не ошиблась и Аяла и впрямь услышала меня. Либо впасть в беспамятство и покорно ждать, пока моя душа не окажется заточенной внутри этой мерзкой женщины.
— Спрашивай, — смилостивилась ведьма, возвращаясь к рисованию кровью на полу.
— Ты собираешься погубить Велора, но ведь ты любишь его…
Натана замерла, стоя на коленях, и подняла на меня свои жуткие безумные глаза.
Я вдруг заметила, что от красоты той женщины, которую я увидела в ночном клубе месяц назад, не осталось и следа. Кожа ведьмы словно ссохлась и вены на руках и шее теперь явственно синели. Волосы уже не блестели и напоминали спутавшуюся мочалку, прикрепленную на затылке.
Но больше всего пугали глаза… Они были желтыми, злобными и не отражали ничего, словно были сделаны из стекляшек.
— Я люблю его до сих пор, — ответила она после долгого молчания.
— Но ты же хочешь его убить! Странная у тебя любовь.
— Его душа будет моей, — мечтательно произнесла ведьма, словно не слыша моих восклицаний. — И раз она будет во мне, — Натана приложила измазанную в крови руку к своей груди, — значит, и он тоже будет моим. И отныне мы вместе будем вершить новую историю Иппора, как я и мечтала!
Женщина снова нелепо и неожиданно махнула рукой и потерла глаза, размазав тушь и вымазавшись в крови.
«Что-то с ней не так… — закусила я губу. — Что-то изменилось».
Элементаль Натаны вернулся. Он вновь неподвижно замер подле стены и ведьмачка успокоилась окончательно.
Эдана попыталась отползти подальше от этого странного существа. Она наконец пришла в себя, и лицо ее постепенно приобретало живые краски. Валери жалобно глядела на нее.
— Агрх! — зарычала вдруг ведьма, вскинув голову. — Заткнитесь все! Заткнитесь! Хватит!
Я испуганно сжалась. Что происходило, я не понимала, но похоже, Натана просто-напросто сходила с ума. А женщина вновь зарычала и вскочила на ноги, растопырив пальцы на руках и направив их прямо на рисунки на полу.
Произнеся пару коротких фраз, она отскочила от засиявших кровавых фигур и неровным шагом двинулась к Эдане.
— Пора, — прошептала ведьма и, сняв повязку, принялась с остервенением мять раненную кинжалом руку, заставляя кровь из пореза вновь сочится и заполнять ладонь. Я замычала от боли, а Натана даже не шелохнулась.
Обмакнув указательный палец в свою кровь, она поднесла его ко лбу Эды, но ее рука дрогнула, словно ее незримо оттолкнули, и взметнулась вверх. Женщина разъяренно заорала и обернулась.
— Как ты… — она часто задышала и молнией бросилась к Эдане, стремясь схватить ее за волосы, но не успела.
Ее откинуло назад, заставив перевернуться пару раз на полу и выронить из рук кинжал.
— Велор, ты пришел! — выдохнула я и улыбнулась. — Натана связала нас с собой! — отчаянно прокричала я.
Брюнет и впрямь стоял в дверном проеме и напряженным хищным взглядом следил за каждым движением ведьмы, которая уже неспешно поднималась на ноги. Услышав мои возгласы, он нахмурился.
— Велор, — протянула Натана, — как я рада тебя видеть.