Я спала так крепко, что даже не слышала, как приехали парни, как шумно выясняли что-то внизу, как Велор, тихонько приоткрыв дверь, вошел в мою спальню и аккуратно поправил свесившийся на пол край одеяла.
А может, я и слышала. Точно не знаю. Однако оттого, что все это показалось мне лишь сном, я наутро совсем ничего из этого не помнила.
Проснувшись рано утром, я чувствовала себя гораздо лучше, но неприятное ощущение опустошенности все никак не покидало меня. Я аккуратно выбралась из постели и встала. Коленки все еще слегка дрожали.
— Кажется, ходить могу!
Я осторожно спустилась вниз, но было слишком рано. Все члены семейства Лайн-Этор еще спали. Однако сие обстоятельство меня ничуть не опечалило, напротив, я была рада побыть в одиночестве.
«Интересно, почему парни не раскрывали свою полную фамилию» — задумалась я, выуживая из холодильника молоко и намереваясь залить им хлопья. Я была так голодна, словно сотню лет не ела.
«Лайн-Этор, — повторила я про себя еще раз, жуя завтрак. — Звучит величественно и слегка таинственно». Я улыбнулась собственным мыслям.
Удивительно, но я чувствовала некоторое обновление внутри, несмотря на усталость и недомогание. Будто что-то перезагрузилось в мозгу.
Словно ко мне внутрь забралась весна, и теперь что-то глубоко внутри меня вынуждало петь, танцевать и смеяться. Правда сил для этого еще пока было явно недостаточно, поэтому я просто сидела, жевала завтрак и улыбалась.
— Ты чего такая радостная? — сонно поинтересовалась Эдана, выходя ко мне на кухню.
— Не знаю, — честно ответила я. — Чувствую себя лучше, это и радует.
Девушка зевнула и потянулась, одобрительно что-то пробурчав.
За окном наконец подушкой лежал снег. Он пушистыми хлопьями летел с небес и грозился утопить все дороги и тропинки в режущей глаз белизне.
Я сидела у себя в комнате на подоконнике и глядела на снежинки, подхватываемые легким ветерком. На душе было спокойно.
Единственное, что тревожило: за все утро я ни разу не видела Велора. Завтракать он не спускался, и обедать тоже.
Зато Эдмонд словно преследовал меня! Я натыкалась на него повсюду: за каждым углом и поворотом. Он то и дело пытался завязать со мной разговор, но я не поддавалась. По крайней мере, разум пытался не поддаваться, а сердце предательски стучало каждый раз, когда я встречалась взглядом с мужчиной.
Сперва я, правда, пыталась воспользоваться неожиданным расположением старшего Лайн-Этора. Но тот наотрез отказывался рассказывать, чем они занимались вчера в городе, и каждый раз переводил разговор на такие темы, которые заставляли меня смущенно краснеть.
Сбежав от очередной попытки Эдмонда обаять меня и заговорить, я нырнула к себе в комнату и закрылась на замок. И вот теперь я могла расслабиться и спокойно смотреть на снег, сидя у окна.
Несмотря на значительное улучшение самочувствия с утра, после обеда оно вновь ухудшилось: клонило в сон, и кружилась голова.
Уже начинало темнеть, как внезапно я услышала в коридоре голос Валери.
— Велор, почему в библиотеке такой беспорядок? — требовательно спросила она.
Мужчина что-то глухо ответил.
Я, в ту же секунду забыв о головокружении, соскочила с окна и на цыпочках подбежала к двери, прильнув к ней ухом. Звук стал отчетливее.
— Бернар убеждает меня, что это твоих рук дело, — вновь строго сказала Валери.
«Бернар? — зашевелилась я подле двери. — Это еще кто?!».
Велор снова что-то ответил, но его слова для меня были недосягаемы, как я ни силилась вдавиться в дверь.
— В любом случае, — не терпящим пререкательств тоном продолжала женщина, — это задание остается на тебе.
Послышался стук притворяемой двери и шаги Валери, спускающейся по лестнице. Я затаилась, выжидая, когда Велор последует за ней. И едва раздался скрип, я, пожалуй, чересчур резко распахнула дверь.
Велор на секунду замер, а потом, как ни в чем не бывало, кивнул головой в знак приветствия и прошел мимо.
«И это все? — возмущенно глядела я ему вслед. — Все, что он может мне сказать? Только головой кивнуть?»
Я, было, собралась рвануть за ним, дабы призвать к порядку и заставить объясниться, но загудел телефон, лежащий на столе. Я нехотя вернулась в спальню и взяла трубку. Звонила мама.
Она была взволнована.
— Представь, Лиззи! — рассказывала она. — В вашем книжном случился пожар!
— Да ты что!
Сделать вид, что я страшно напугана и удивлена, мне труда не составило.
— Девушку, которая тебя заменяла, госпитализировали!