— Кстати, — вдруг спохватился Мартон. — Нашел на земле.
На вытянутой ладони лежал небольшой амулет — кусочек дерева, с выдолбленным в центре углублением. Внутри, плотно утрамбованные, скрывались травы и кусочки горных пород, сверху отверстие закрывалось тонкой крышечкой из розовой слюды. Несмотря на простоту конструкции, амулет украшала тонкая резьба — необычная деталь для деревенских мастеров, которые ставили во главу угла надёжность конструкции и предсказуемость действия оберега, а потому почти не обращали внимания на внешний вид изделия. Это позволяло предположить, что и ко внутреннему наполнению подошли с той же тщательностью.
— Не помогло, значит, — Эйдон качнул головой. — Скорее всего, просто потерял силу.
— Нам есть на ком проверить, — как бы между прочим заметил Мартон. Встретившись со скептическим взглядом капитана, он пояснил: — Но я вот о чём подумал: если оберег работает, то сколько же должно было быть этих тварей, чтобы продавить защиту?
— Немало. — проведя по лицу рукой, согласился Эйдон. — Что ж, бери с собой и давай возвращаться. Незачем искушать судьбу.
Выйти из крепости в компании Хель оказалось несколько сложнее, чем предполагала Кристина. Собственно, непросто было даже спуститься с третьего этажа, поскольку стоило только гостьям показаться из-за дверей спальни, как рядом, словно по волшебству, появились девушки-служанки, пугающие своими жизнерадостными улыбками и готовностью исполнить любое пожелание. Наспех придуманная история о том, что Хель желает прогуляться по улицам Формо, сделала только хуже — девушки тут же вызвались сопровождать высокую госпожу. Хель отказалась, но служанки проявили просто невероятное упорство и тактическое мастерство: пока одна из них обстоятельно объясняла госпоже, почему, по её мнению, присутствия Кристины было бы недостаточно, вторая уже вернулась с большим зонтом от солнца и тканевой сумкой с каким-то полезными в дороге мелочами.
— Ой, кажется, мы кое-что забыли, — выпалила Кристина и скрылась в спальне, едва не затолкав Хель внутрь под доброжелательные улыбки служанок, которые хоть и не поняли ни слова, кажется, безошибочно уловили общий смысл.
Захлопнув за собой дверь, девушка прижалась к ней спиной:
— Какой ужас…
Учитывая скорость и слаженность, с которой служанки взяли их с Хель в оборот, этих предприимчивых девушек с руками оторвали бы в любом отделе продаж.
— Они неплохо делают своё дело, — возразила Хель.
— Даже слишком… Если они так и будут дежурить под дверью, нам с тобой никогда отсюда не выйти.
На некоторое время Кристина задумалась, морща лоб и потирая переносицу пальцами. Вдруг девушка хитро улыбнулась и подняла взгляд на Хель:
— Выстави меня вон, — заговорщически понизив голос, сказала она.
Призрак вопросительно наклонил голову, и Кристина пояснила:
— Просто выйди и скажи, что изволишь грустить и не желаешь никого видеть до самого вечера. Хотят сторожить дверь? Отлично, вот пусть и сторожат, а я тем временем спущусь вниз одна. Да и если нас всё-таки накроют в подвале, то будет лучше, если там, кроме меня, никого больше не окажется.
Служанки встретили изменения в планах с полным спокойствием. Стоило Хель торжественно скрыться за дверью, и сумка с вещами вместе с зонтом исчезли так же быстро, как и появились. Сами девушки удобно устроились в креслах на небольшом удалении от спальни и достали корзинку с вязанием. Не прекращая улыбаться, они жестом пригласили Кристину присоединится, но та лишь виновато развела руками и поспешила наугад скрыться в коридорах, опасаясь, что предприимчивые девушки уже придумали для неё какое-нибудь иное занятие, которым, по их мнению, ей пристало заниматься в свободное время.
К счастью, в отличие от Хель, Кристина не считалась достаточно важной персоной, и сопровождать её на каждом шагу никто не собирался. Поначалу ей даже показалось, что на неё и вовсе не обращают внимания, и даже более того: старательно избегают. Через некоторое время она поняла, в чём дело: судя по всему, слухи об особом положении слуги-южанки уже успели разлететься по резиденции управляющего и домочадцы, хоть и встречали девушку неизменными улыбками, на деле заняли выжидательную позицию, приглядываясь к ней с безопасного расстояния.