— Vaff*nculo, str*nza del c*zzo! — загремело у неё за спиной.
«Ну и тебе тоже хорошего вечера».
Забежав за угол, она быстро огляделась по сторонам в поисках камер. Что делать, если однажды городские власти на них всё-таки разоряться, Кристина не знала и не слишком хотела об этом думать. Скорее всего, ничего. Она бы всё равно ушла привычным путём — и пусть ещё сто лет разбираются, что это было. Правда, потом всё равно пришлось бы искать обходную дорогу… Но пока что это был самый удобный маршрут, даже несмотря на все риски.
Последний рывок.
Вспышка.
Кристину сразу же укрыла умиротворяющая тишина. Она стояла у древнего разросшегося вяза, облокотившегося ветвями на укрытую снегом крышу веранды. Где-то вдалеке темнел её родной городок — всё такой же уютный и сонный, пусть и не слишком зажиточный. А над ним — розовый закат с редкими полосками перистых облаков и последними лучами холодного зимнего солнца, отражающихся от инея на деревьях.
— Красиво всё-таки у нас, — прошептала она, заправляя большие пальцы за лямки рюкзака.
За спиной что-то шевельнулось. Кристина обернулась — и на её глазах от дерева отделилось жёсткое, будто бы сделанное из скрученной проволоки тело призрака, которого она долгие годы звала не иначе, как Сторожем.
— Привет, — тихо поздоровалась она.
Ответа, разумеется, не последовало — это странное существо вообще нечасто радовало Кристину своим вниманием. Впрочем, в этот раз, ей, по всей видимости, несказанно везло: призрак становился рядом и требовательно указал рукой в сторону заметённого по самую макушку особняка.
— Что? Я была занята, между прочим.
Но призрак резко мотнул безглазой головой и вновь протянул руку по направлению к дому. Кристина вздохнула и обречённо поплелась к небольшому сарайчику, в котором оставила купленные пару лет назад лопату и грабли.
— Ладно, ладно, сейчас всё почищу… Иногда мне вообще непонятно, кто здесь за кем приглядывает…
На уборку крыльца и дорожки к склону холма у неё ушло почти полтора часа. По-хорошему, нужно было бы почистить и ведущую вниз лестницу, и тропинку к крашенным чугунным воротам — но Кристина решила, что с неё пока хватит. К тому же не слишком приятно работать под надзором молчаливого Сторожа, который и не думал никуда уходить. Едва ли призрак соскучился, скорее всего просто воспринимал нечищеный снег как личное оскорбление, ни больше, ни меньше.
— Довольны, Ваше тиранство? — Кристина утёрла лоб и устало облокотилась на перила террасы. Сторож, как и следовало ожидать, ничего не ответил — лишь снова указал на дом, словно разрешая гостье войти, и побрёл по одному ему ведомым делам.
Внутри было тепло. Там всегда было тепло, несмотря на выбитые стёкла и дыры в стенах; особенно зимой — будто кто-то старательно протапливал дом в ожидании гостей. Потолок освещался крошечными светлячками, напоминающими гирлянду; голубоватый мягкий свет, от которого почти не было теней. Отчего-то Кристина была уверена, что как бы ярко ни освещался старый особняк, из города ничего из этого увидеть было нельзя. Во всяком случае, сколько бы она ни бывала здесь по вечерам, ни один любопытствующий горожанин на огонёк не заходил.
На комоде у входа её уже ждал пухлый конверт — судя по виду, внутри лежала оплата сразу за несколько месяцев. Дух скрупулёзно исполнял их договор и каждый месяц оставлял этот конверт на каком-нибудь видном месте. Сумма всякий раз была разной, но, как ни странно, Кристине всегда её хватало для того, чтобы спокойно учиться. Правда, она всё равно взяла подработку, но сделала это больше для отвода глаз, чем по необходимости.
Кристина пожала плечами и, подхватив конверт, прошла в гостиную. Там она швырнула деньги на журнальный столик и наконец-то стянула с себя куртку, оставшись в кофте и шапке. Пройдясь по комнате, она с удовольствием уселась на подоконнике, упёршись спиной в широкую раму, и удовлетворённо вдохнула полной грудью.
Однако насладиться заслуженным отдыхом ей не позволили: со всех концов старого особняка в гостиную начали обитатели этого места. На этот раз её подопечные нашли её почти сразу, а не спустя пару часов, что говорило либо об удачном стечении обстоятельств, либо о том, что у них что-то случилось.
«Всё-таки второе», — решила Кристина, едва взглянув в пустые, будто бы стёртые ластиком лица вошедших в комнату призраков. Она не могла этого объяснить, но на каком-то интуитивном уровне ей было понятно, что творится у них в голове. Сейчас они были взволнованы и… напуганы?