Так прошло несколько минут — или, может быть, даже больше: загипнотизированная тишиной, Кристина совершенно потеряла ощущение времени. Мир словно бы сделался меньше, сузился до небольшого круга, зажатого между складами и мастерскими и весьма условно обозначенного голубоватым свечением кристальной лампы. Чувства обострились и смешались воедино. Темнота за пределами освещённой области больше не казалось настолько густой и непроницаемой, как прежде. Кристина отчётливо услышала, как жёсткая ладонь Эйдона опускается на рукоять меча. Сосредоточилась — и до ушей донеслось поскрипывание кожаной оплётки, мягкое шипение, с которым клинок показался из ножен, и тихий удар эфеса о металлическое кольцо, когда тот вернулся на место. На миг даже почудилось, что откуда-то потянуло резковатым запахам оружейной смазки и промасленного меха…
Кристина не выдержала и закрыла глаза в надежде, что это поможет справиться с нахлынувшими ощущениями.
Однако результат оказался вовсе не тем, на который она рассчитывала: заглушив один канал восприятия, она словно бы обрела другой — такой, который позволял почти физически прочувствовать окружающее пространство. Неподвижное, обволакивающее, умиротворяющие спокойное — одновременно с этим мучительно напряжённое, словно молчаливо требующее занять своё место. Она шагнула в сторону — не слишком отдавая себе отчёт в том, что делает, просто уступив внезапному порыву. Затем, прислушиваясь к ощущениям, сдвинулась ещё немного, затем ещё — пока не почувствовала, что необъяснимое беспокойство и внутреннее смятение отступили, оставив после себя лишь блаженный покой и неподвижность.
— Что ты делаешь?
Кристина распахнула глаза — и отпрянула от неожиданности, обнаружив перед собой затылок Хель. Та неторопливо обернулась вполоборота, выглянула из-за плеча, вопросительно склонив голову, и принялась ждать ответа.
— Ничего, — Кристина мотнула головой. — Даже не знаю, с чего меня вообще сюда потянуло… Просто показалось, что… — она смолкла, словно слова застряли в горле, поражённая внезапной догадкой: — Ты ведь не просто так выбрала именно это место, правильно?
Хель медленно качнула головой.
— Ну ещё бы, конечно же, нет…. Там… как бы объяснить? Спокойнее?
Ещё один короткий кивок.
Кристина набрала воздуха в грудь. Следующий вопрос должен был решить всё:
— Ты можешь передавать свои ощущения?
Такое уже случалось с ними прежде: время от времени до Кристины доносились эмоции Хель, да и та нередко понимала её без слов. Всё это без проблем можно было списать на существовавшую между ними связь: собственно, как ещё призрак сумел бы всего за несколько секунд освоить её язык? Однако теперь выходило, что границы этой связи были куда шире, чем можно было предположить.
— Возможно, — тем временем безо всякого интереса ответила Хель.
— А ты сама замечала, что-то похожее? Я хочу сказать, это работает в обе стороны?
— Вскоре после того, как мы встретились, я обнаружила, что могу видеть с помощью глаз, — заявила Хель и внезапно пожаловалась: — Это отвлекает.
— А до этого, получается, не видела? — на всякий случай уточнила Кристина.
— У таких, как я, нет зрения. Мы видим исходящую от живых существ силу: чем её больше, тем проще обнаружить источник. Так я нашла тебя в первый раз. Я считала, тебе это известно.
— Да, ты говорила… — тихо пробормотала Кристина, мысленно влепив себе увесистую оплеуху за то, что до сих пор не сподобилась расспросить Хель, как следует. Сначала смутные кошмары, затем эмоции, теперь ощущения — что дальше? Обрывки мыслей? Нет, Хель и так могла передавать ей свои мысли. Тогда, что? Одно сознание на двоих? Общая личность? Кристина поёжилась, вообразив себе перспективы. Стоило ли вообще выживать после выходки Духа с перемещением в «другую реальность», чтобы в итоге превратиться не пойми во что.
— Приготовься. — Голос Хель резко вырвал её из размышлений. Обычно бесстрастный, он почти незаметно дрогнул, а Кристину захлестнула совершенно чуждая и определённо чужая эмоция — пожалуй, последняя, которую она ожидала ощутить.