Кристина подозрительно сощурилась:
— Ага, теперь, значит, они вдруг решили мне помочь? С чего бы это?
— Ты хотела выйти из леса, — напомнил призрак.
— «Какая разница?», это ты хочешь сказать? — Кристина задумчиво потёрла переносицу. — Так-то да…
Она и сама понимала, что бесконечно сидеть на месте не получится. Разумнее было бы найти более-менее тихую гавань и спокойно переварить информацию, а заодно и подумать, как быть дальше. Вот только сама идея выбираться из этой глуши в компании своих несостоявшихся убийц особой радости не вызывала. Допустим, Хель проводит её до границы леса, а что потом?
— Скажи ему… — Девушка растёрла между пальцами горсть сухих листьев и бросила труху в костёр, собираясь с мыслями. — Да, скажи ему, что я очень благодарна и всё такое, но будет лучше, если я пойду в одну сторону, а они в другую.
Эйдон принял отказ спокойно, разве что взгляд исподлобья стал ещё тяжелее, но Кристине было всё равно: спихнув переговоры на Хель, она устроилась поудобнее и принялась с преувеличенным интересом разглядывать собственные руки с неровными, неизвестно где и когда сбитыми ногтями. Оставалось только позавидовать Хель, у которой такой проблемы не мозгло возникнуть в принципе.
Правда усидеть на месте оказалось совсем непросто: под действием отвратительного пойла тело требовало движения. Кристина даже не заметила, как начала раскачиваться вперёд-назад. Вниз — перед глазами мелькнули малиновые угли костра, опавшая хвоя и пожухшие листья; вверх — трепещущие языки пламени, сизый дым, тёмная стена леса и голубое небо без единого облачка; вниз — тёмно-зелёный подол платья, будто только что тщательно выглаженный и аккуратно разложенный по земле; вверх…
…два белёсых огонька на серой вытянутой морде с отвратительной как у пиявки пастью. С ненасытной алчностью, не обращая внимания ни на что вокруг, из полумрака леса Эйдона пожирало глазами мерзкое, почти карикатурно уродливое существо.
Лепестки жуткой пасти раздвинулись, обнажая ряды мелких зубов.
— А ну, пошёл отсюда!
Прежде чем Кристина успела сообразить, что делает, она уже выхватила из костра тлеющую головёшку и изо всех сил запустила во невесть откуда взявшееся чудовище. Неудачно. Оставляя за собой едва заметный дымный след, снаряд пролетел насквозь; «пиявка» ещё шире распахнула зубастую пасть, и её глаза, мутные, как у дохлой рыбы, обратились к Кристине.
Только теперь девушка по-настоящему испугалась и, коротко ойкнув, кое-как отползла назад. Подгонял её не только страх — одна за другой, по телу пробежало несколько волн ноющей боли, до ужаса напоминающей ту, которую она испытывала во время схватки Хель и гвардейцев. Но удивляться и тем более размышлять о том, что происходит, не было ни времени, ни возможности.
«Не подходи», — Хель нигде не было видно, но её ровный голос, раздающийся прямо в голове, почему-то подействовал на Кристину как лошадиная доза успокоительного.
Что-то мелькнула в полумраке — за спиной «пиявки» прямо из воздуха возникла грязно-серая тень и, ухватив чудовище за толстое горло, легко подняла его в воздух. Уродливое существо оказалось совсем небольшим, с плотным, но гибким телом и короткими конечности — язык не поворачивался назвать эти отростки «руками» или «ногами» — и необычайно длинными пальцами, каждый из которых был, наверное, с ладонь Кристины.
Секунду спустя «пиявка» беззвучно заверещала и отчаянно задёргалась: прямо на глазах её мясистое тело начало скукоживаться, будто мятая бумага; безобразное морду исказили агония и бесконечный ужас. Под тонкой кожей, словно в поисках пути наружу, что-то задвигалось — и вскоре она разошлась в стороны, выпуская наружу плотный светящийся сгусток энергии. Притянутый к грязно-серой тени, он описал вокруг неё несколько кругов, с каждым разом набирая всё большую и большую скорость и рассыпаясь на мириады искр, пока, наконец, не растворился в ней навсегда.
Искажённое тело «пиявки» выгнулось дугой и бурой пылью осыпалось на землю.
— Сверху!
На дереве, прямо над головой серой тени, девушка заметила ещё одну «пиявку». Но Хель — а в том, что это именно она, у Кристины не было ни малейших сомнений. — оказалась быстрее, и когда чудовище мерзкой каплей понеслось вниз, её рука мгновенно вытянулась в форме тонкого клинка и одним движением рассекла противника надвое. Ещё один пульсирующий энергий и переливающийся мягким светом шарик утонул в её теле.
С шипением длинный меч покинул ножны; то и дело бросая на Кристину встревоженные взгляды и озираясь по сторонам, рядом остановился Эйдон.