— Да как-то боязно к такой подходить… А то ведь и правда, как вдарит между ног… так потом и… любовницы вообще не нужны будут… Да и жениться как?
— Вот беда-то, ну женишься на вдове с детьми, раз сам уже ни на что не будешь способен, — подзавел Павел сына.
— Оно как-то все равно… своего потом хочется… хотя бы… как я у тебя…
— Саша, я очень надеюсь, что женщина, которую ты полюбишь, не будет чьей-то женой… Что ты сам сможешь на ней жениться и иметь законных детей… У меня… не было другого выбора… чтоб у меня появился ты… Но такой доли я для тебя ее хочу…
— А если б я сейчас встретил такую женщину… Что бы ты сказал?
— Совет да любовь. Но, если честно, в твоем возрасте еще очень рано жениться. Не потому, что ты не сможешь обеспечить жену, у тебя приличное состояние, тебе об этом беспокоиться не нужно… Рано потому, что ты можешь принять влюбленность за любовь, а потом быстро разочаруешься… И что? Начнешь изменять жене направо и налево в поисках той самой пресловутой любви?
— А как отличить любовь от влюбленности? Ну дай мне хоть какой-нибудь пример…
— Когда ее счастье для тебя важнее своего собственного… а своих желаний тем более… Ты ведь не можешь сказать такое про свои чувства к Анне? Что для тебя ее счастье с Яковом важнее… твоего желания обладать ей…
— Не могу, — вздохнул Александр. — Если б она была женой не Якова, а какого-то другого мужчины… я бы, возможно, попытался… приударить за ней… не думая, как… это может отразиться на ее отношениях с мужем… — хоть он и сказал об этом, он не представлял, как это сделать, так как опыта соблазнения замужних женщин у него не было. — Я просто хотел бы, чтоб она была моей… хоть какое-то время…
— Ох Саша, Саша, — снова покачал головой Павел. — С такими-то взглядами как бы ты потом не докатился, чтоб предлагать женщине при ее муже или родственнике стать его содержанкой… Как князь А. почти прямым текстом предложил Анне в моем присутствии…
— Что??? Да как он посмел, этот старый хрыч?? — взвился Александр.
— Старый и очень богатый хрыч… И, как ты сам знаешь, имеющий… защиту Великого Князя… Так что на твоем месте я бы озаботился не своим… желанием… А чтоб вот такие вот князья своими желаниями не досаждали ей… Ты меня понял?
Павел увидел, как мгновенно изменился Александр, из юного Дон Жуана, который немного кичился своими связями с женщинами, он превратился в… серьезного молодого мужчину.
Александр понял. Да, Анна волновала его сердце… и не только сердце… но он никогда бы не посмел навязывать ей свои ухаживания или даже попытаться по-настоящему поцеловать ее — как мужчина страстно целует женщину, не говоря уж об остальном… А другие мужчины, такие как князь, им ведь и правда все равно, чья она жена… Им бы только получить свое… Он представил, как князь А. пытался обнимать и целовать Анну… помимо ее воли… И от этой картины ему стало… очень неприятно… неприятно даже до тошноты… Его передернуло…
— Да, я понял тебя. Сейчас действительно понял… Я буду с ней рядом… когда нужно будет защитить ее от таких… поклонников… Я никому не позволю обидеть ее, никому, — твердо сказал Александр.
— Мы, Ливены, никому не позволим обидеть Анну, — уточнил Павел, — я, ты, и, конечно, Яков.
— Да, ты прав, все мы, Ливены, — согласился Саша.
Ливену-старшему оставалось только уповать на то, что в вопросах морали его слишком рано повзрослевший сын пошел в него самого, а не в своего тезку-деда… и не позволит себе ничего предосудительного… на то, что за несколько месяцев, пока Анна не переедет в Петербург, его интерес к ней угаснет, и он обратит его на какой-нибудь другой объект… Если, конечно, у него хватит благоразумия… не ехать в Затонск…
========== Часть 28 ==========
Ливены старший и младший подошли к дому.
— Саша, пойдем ко мне, мне нужно поговорить с тобой кое о чем, что касается моей службы.
— Хорошо, — кивнул Александр. — В кабинет?
— Нет, пожалуй, лучше в комнату. Ты поднимайся, я возьму бумаги из кабинета.
Через несколько минут Павел зашел в свои покои с папкой в руках.
— Капитан Серебренников недавно погиб…
— Серебренников?? То есть как погиб??
— При странных обстоятельствах… Выпал из окна гостиницы… Это случилось поздним вечером, день был очень жаркий, окно было открыто… Непонятно, действительно ли это несчастный случай, или же убийство, а, возможно, самоубийство…
— Из окна выпал?? Он что такой пьянущий был, что на ногах не стоял? Но ты же ведь пьяницу не стал бы держать на службе… да еще такой, как у тебя… Хотя, может, случилось у него что-то… и хватил лишнего… Вскрытие делали?
— Конечно, делали. Саша, пьяницей он никогда не был. И когда погиб, вообще не пил.
— Может, болен чем был… Голова закружилась, равновесие потерял, стоя у окна…
— Ничем, что бы это могло вызвать… Поэтому и странно… Вполне здоровый мужчина… По заключению врача, на теле никаких следов борьбы и насилия не обнаружено… Если б кто его вытолкнуть пытался, он ведь должен был оказать сопротивление… А самому жизнью покончить — он был очень позитивный человек да и боец по характеру, для такого должна быть очень веская причина… Да и не проще ли офицеру в таком случае застрелиться — якобы случайно… Делают же так некоторые…
— Ну так, может, и не сделал, потому что именно это бы и стали подозревать в первую очередь. Ну он и выпал из окна… А с какого этажа выпал?
— Со второго.
— Со второго и насмерть?? Это ж как надо постараться… Шею что ли сломал?
— Там ремонтировали крыльцо, что ведет на задний двор. Под тем окном как раз были битые кирпичи, часть чугунных перил, на это он и упал…
— А гостиница где? В Петербурге?
— Нет, — Ливен назвал один небольшой город неподалеку от столицы.
— А что его туда занесло?
— Служебная надобность… Встречался с одним человеком…
— Бумаги пропали? — напрямую спросил Саша.
— Нет, бумаги не пропали. Но те, что у него были, никакой ценности не имели. А человек ему никаких бумаг и не должен был передавать. Там только… устная информация была. Если бы документы пропали, сразу же бы подозрение на убийство было…
— Его допросили?
— Полиция, конечно, допрашивала. Он был одним из постояльцев. Потом с ним… наши побеседовали… Кроме него в этой гостинице были еще два постояльца, которые могли знать Серебренникова, так как оба из Петербурга. Но оба сказали, что не знакомы с ним… Все они останавливались в соседних номерах.
— А от меня что требуется? Съездить туда… повынюхивать, что и как?
— Саша, нюх у тебя отменный, — засмеялся Павел. — Но пока он не требуется… Я хотел бы, чтоб ты посмотрел сведения, что собрали об… информаторе и этих двух гостях. Мне кажется, ты можешь знать кого-то из них. Если так, скажи свое мнение о них, насколько собранные сведения соответствуют… твоему представлению об этих людях.
Ливен-младший взял бумаги и внимательно прочел.
— Про первого — более или менее то, что я о нем знаю. Так, ничем непримечательный человек, как и написано. Про второго я бы добавил лишь то, что он… вспыльчивый, плохо себя в руках может держать, так что мог полезть в драку… Но ты говоришь, что у Серебренникова синяков не было… А вот про информатора вашего — не знаю, кто на него досье составлял, но гнать его надо в шею, в какой-нибудь гарнизон на границе нашей Родины, где бы он… белых медведей или верблюдов пересчитывал… Здесь написано, что у него нет финансовых затруднений. Если и нет, то будут в очень скором будущем. Его нынешняя любовница — особа с ооочень большими запросами, и средств на нее уходит немало, не то что на предыдущих… Она без подношения и за талию-то во время танца не даст подержаться… не то что дать… — ухмыльнулся Александр… А траты на нее будет возможно скрывать от жены лишь до поры до времени… Следовательно, он уже мог… искать какой-то побочный источник дохода… Ты мне скажи, та информация хороших денег стоила? Или же он ей решил поделиться, так сказать, из любви к Отечеству?