— Позволил ей? — Бровь Хадсона с пирсингом приподнимается. — Ты себя слышишь? Харлоу не ваша гребаная зверушка. Ей тоже позволено жить своей жизнью.
Я собираюсь стереть его лицо в порошок.
Теперь он действительно меня достал.
— Если бы серийный убийца преследовал Бруклин, планируя заключить ее в тюрьму и пытать, вы бы выпустили ее из дома?
Его рот захлопывается.
— Да, я так и думал.
— У Бруклин есть пистолет, — предлагает он.
— О, потрясающе. Бруклин с оружием в ночном клубе, полном жадных рук. Что же в этом может пойти не так?
Отпуская его до того, как я совершу очень публичное убийство, я начинаю просачиваться сквозь толпу людей. Хадсон следует за мной по пятам, когда мы разделяем людское море, не сопровождая ничего, кроме явного запугивания и хмурых взглядов.
Очистив танцпол, мы сканируем толпу и исключаем несколько извивающихся пар, пытающихся незаметно понюхать кокаин из рук друг друга. Определенно не наши девочки.
Хадсон поднимает подбородок в сторону задней части клуба, где знаки аварийного выхода указывают на место для курения. Выйдя вместе на улицу, мы жадно глотаем свежий воздух.
Если вы хотите окунуться в интровертную версию ада, сходите в ночной клуб в Лондоне после получки. Это место — выгребная яма разгула и дешевых перепихонов. Не в моем вкусе.
— Там.
Я прослеживаю за взглядом Хадсона. Бинго.
— Ты хочешь разобраться с Бруклин? — спрашивает он.
— Она твоя проблема, Хад.
— С каких это пор?
— Ты женишься на сумасшедшей, а не я.
Хадсон громко стонет.
— Черт возьми, не напоминай мне.
Закинув ноги на скамейку и покуривая сигарету, Бруклин наблюдает за нашим приближением с явным раздражением. У нее распущенные белокурые волосы до плеч, но ее обычные джинсы и футболку были заменены облегающим черным кожаным платьем и кроссовками Doc Martens.
— А вот и тусовщики!
— Приятно видеть вас двоих здесь, — рычу я на них.
— Серьезно, ребята. Это длилось едва ли час.
Подойдя к своей невесте с грозным выражением лица, Хадсон берет сигарету из ее пальцев и раздавливает ее.
— Я ожидал этого от тебя, черный дрозд. Но вывести Харлоу без защиты? О чем ты только думала?
Бруклин вкрадчиво улыбается.
— Харлоу месяцами сидела взаперти. Ей нужно немного пожить.
— Это небезопасно, и ты это знаешь.
— Я могу обеспечить ее безопасность! — возражает она.
Игнорируя болтливую нахалку, я становлюсь перед Харлоу, чтобы привлечь ее внимание. Она смотрит в землю, ее плечи опущены, а аквамариновые глаза отведены в сторону.
По крайней мере, на ней надето больше, чем на Бруклин. Ее узкие голубые джинсы и свободная, летящая блузка подчеркивают ее естественную бледность лица и четко очерченные ключицы.
— Малышка?
Она не поднимает на меня глаз.
В последнее время между нами была напряженность. Я признаю, что был чрезмерно заботливым придурком. Я чувствовал себя дерьмово из-за того, как мы расстались после нашей ссоры, слишком дерьмово, чтобы забраться к ней под простыни и заключить ее в свои объятия.
Но я не ошибся.
Ее безопасность всегда будет приоритетом.
— Мне очень жаль, — тихо бормочет она.
— Я знаю, ангел.
— Я просто хотела заняться чем-нибудь нормальным.
Бросив на Бруклин обвиняющий взгляд, она подмигивает мне и вызывающе вздергивает подбородок. Чертова умница.
— Я же говорила тебе, — одними губами произносит она.
— Отвези ее домой, — приказываю я Хадсону.
Бруклин качает головой.
— Мне и здесь хорошо.
Я тычу в нее пальцем.
— Мы обсудим это завтра, лесной пожар. Убирайся с глаз моих.
— Или что? — Бруклин отстреливается.
— Тебе не захочется это выяснять.
— Просыпайся, Энц! Тебе нужно перестать заворачивать ее в вату, или ты потеряешь ее навсегда.
— Брук, — шепчет Харлоу. — Пожалуйста, не надо.
— Ему нужно знать, что ты чувствуешь.
— Хватит, — кричу я, прежде чем понизить голос. — Серьезно, Брук. Иди домой и будь благодарна, что ты женщина, иначе я бы уже выбил из тебя все дерьмо.
— Попробуй, здоровяк. Мой гребаный пол не имеет к этому никакого отношения. Я все равно выиграю в бою против тебя.
— Уходи! — Кричу я, мое терпение на исходе.
Все еще хмурясь, Бруклин отталкивает Хадсона в сторону, когда тот пытается схватить ее. Она наклоняется ближе, чтобы прошептать что-то на ухо Харлоу, прежде чем крепко обнять ее и неторопливо удалиться.
— Извини, — говорит Хадсон.
— Просто отвези ее домой и, черт возьми, оставь там.