– Зови, если что, – с ноткой высокомерия обронил Аки, – обязательно придём! Ну, и в гости тоже не откажемся.
– Лучше уж вы меня, – нервно ответил Иссай, открывая сенкаймон.
– Не отставай, мелкий! – бросил на ходу Каташи.
– Ты кого назвал мелким?! – праведно возмутился рыжий, устремляясь вперёд по коридору дангая.
Куросаки смотрел вслед странной троице, размышляя о том, что ждёт их и его. Он ещё не знал, насколько слова Аки окажутся пророческими.
До дня Х оставалось пять месяцев.
========== 3. Связанные души ==========
Она знает, когда надо встать,
Когда будет лучше лежать,
И даже не ловкость – закон высших цифр.
JAM – Куроцучи Нему
Нет,
дело не в тебе,
просто знать не надо всем,
что храниться там, где скрыто.
JAM – Ичимару Гин
Саммари третей части: Готею грозит очередная опасность – вернувшиеся мстить демоны.
В поиске подходящего оружия офицеры, и Куросаки Ичиго, в частности, задаются неизбежными вопросами: кто из Хицугая является хозяином Хёринмару, на чьей стороне Сора и, в конце концов, какую фамилию носит Карин?
Предупреждения: часть стоит читать тем, кому страсть как интересно, с чем демоны пожаловали и чем ответят синигами. Вообще же Карин и Тоширо ушли с главных ролей, так что можно сказать, что главные герои третьей части - ОМП и ОЖП.
Арка с квинси ещё не закончилась, но не ждать же Кубо? Поэтому я считаю, что всё вернулось на круги своя, насколько это было вообще возможно. Или рассматривайте это как АУ. Нулевой отряд тоже выжил.
Комментарий к 3. Связанные души Обложка https://yadi.sk/i/qIDg7JSdq8oZz
========== 3.1. Трейлер к будущему ==========
Комната тёмная и даже немного мрачная, вроде бы просторная, но большая её часть теряется в сумраке. Стены – матово-фиолетовые, шершавые, местами бугристые, пол – обычный деревянный настил. У одной из стен стоит огромный экран, жгуты кабелей к которому теряются за стеной, похожей на поток корю. Метрах в десяти-пятнадцати от экрана стоит ряд кресел, которые имеют вид, будто их выдернули из генсеевского кинотеатра.
К креслам чинным рядком подходят синигами: два капитана и офицер института, которого просто опознать по белому балахону. Да и капитанов легко узнать даже в темноте. Лицо одного из них небрежно скрыто саккатом – широкой конусообразной соломенной шляпой, у другого лицо разукрашено чёрно-белой краской, а на голове красуется странноватый головной убор, похожий на православную митру: полусферическую шапку со спиралевидными помпонами на висках.
Кёраку сел по центру, Куроцучи и Акон – вокруг него, и экран засветился. Схожесть с кинотеатром добавила лейтенант двенадцатого отряда, резко и безразлично всучившая главнокомандующему огромную картонную миску попкорна.
Экран сначала зашёлся "снежной крошкой", как телевизор при потере сигнала, зато потом стало понятно, что снежинки уже настоящие, во всяком случае, для тех, кто сражается на видео. Их лица были смазаны, порой до неузнаваемости, как и некоторые детали, другие детали, наоборот, были настолько чёткими, что наблюдателям не составляло труда их рассмотреть и запомнить, не прибегая к помощи институтской техники.
Это была боковая улочка первого района Руконгая, дома небогатые, но справные. Двое синигами и двое чужих. Чужие – мужчины лет двадцати-двадцати пяти, темноволосы, они были одеты в небелёные брюки прямого кроя из плотной ткани и бордовые с красным рисунком рубашки на подобие вьетнамских аозай с высоким воротником-стойкой, косым запахом и длинными прямыми рукавами. Они ловко орудовали короткими мечами, наступая на богов смерти. Девушка-синигами лет двадцати, невысокая, неприметная, с каштановыми волосами, собранными в хвост, упорно пытается оттянуть хотя бы одного из противников на себя, но те с завидным упорством наседают на парня. А вот парень – личность приметная, несмотря на все искажения визора.
Парнишка лет восемнадцати или старше, высокий и какой-то хрупкий на вид, хотя, скорее тонкокостный… и крепкий – вон как держит удары. И беловолосый. Пепельная лохматая шевелюра топорщится острыми прядями. И можно рассмотреть даже голубые глаза, а вот выражение лица скорее безбашенное. Ну и для полного счастья – ледяные крылья за спиной.
Парень махнул мечом, с которого слетели ледяные лезвия, нападавший дёрнулся, и небольшой округлый предмет, который он до этого сжимал в левой руке, отлетел в сторону, выпав за кадр. Трое бросились туда, однако что там произошло – было неясно. Впрочем, беловолосый вскоре вернулся на экран, неспешно подходя к напарнице, которой был ощутимо выше, что-то произнёс – устройство не передавало звуков, – продемонстрировал ей тот самый медальон и убрал катану в поясные ножны. Кёраку хмыкнул, увидев на переднем плане цубу в виде четырёхконечной звезды. В это время ледяные крылья рассыпались голубоватыми искорками, как и окраска волос синигами. Парень провёл рукой по волосам, стряхивая остатки, как иней, и перед наблюдателями предстал чистейший брюнет.
– Конец! – бодро возвестил Маюри, картинка замерла. Включился свет, но Кёраку не спешил что либо делать, понимая, что Маюри ещё не закончил, даже если он сейчас молчит.
Тем временем лейтенант грохнула перед офицерами низенький столик и разложила перед командующим бумаги. Отчёт двенадцатого отряда был не то, чтобы неинтересным, просто Сюнсуй испытал острое чувство, что он это уже читал. Когда-то.
– По-моему, вы повторяетесь, капитан Куроцучи.
– Просто многие события цикличны, так что в этом нет ничего удивительного, – развёл руками Маюри.
– Считаете, что в этот раз демоны всё-таки нападут?
– Они вернулись мстить – в прошлый раз, когда они напали, – выделил Куросцучи, – Сюнъодан потеряли своего повелителя. Тогда они не дошли до Готея, ограничившись одним Хицугаей. Вероятнее всего, он и был их основной мишенью…
– С чего бы?
– Хёринмару – сильнейший ледяной дзампакто, а эти демоны крайне чувствительны к низким температурам, – подал голос Акон. – А это, – он указал на медальон в руках брюнета, – своеобразная ловушка, с помощью которой намеревались уничтожить дух меча. Такую они использовали в прошлый раз.
– Насколько это опасно для других дзампакто? И для Хёринмару? – прищурился на стоп-кадр командующий.
– Тот, что нашли на месте сражения, имел фильтр. Судя по всему, сила демонов имеет ту же структуру, поэтому для прочих дзампакто это безопасно. Что касается Хёринмару.. данных нет, и взять их не откуда.
– "Намеревались" или "уничтожили"? – уточнил Кёраку, потирая подбородок. Учёные пожали плечами. – Допустим. Что дальше?
– Дальше наши расчёты показывают, что демоны крайне быстры. Большинство офицеров не смогут даже высвободить шикай, а те единицы, которые владеют банкаем, не успеют применить его. Демонов нужно замораживать – это снизит их скорость до приемлемой. Нам не обойтись без Хёринмару.
– А как же другие ледяные дзампакто? Неужели, малышка-Рукия не справится?
– Нет, ну какую-то территорию она, конечно, покроет, но этого явно недостаточно, – Маюри скосил хитрый глаз.
– Более того, – ровным голосом подхватил начальника Акон, – даже мощности Хёринмару не хватит, чтобы накрыть весь Сейрейтей за короткое время, чтобы демоны не успели сбежать. Нужен Хёринмару со связанным артефактом.
А вот этого главнокомандующий ожидал, вот только позволить опять ставить эксперименты над живыми душами – значит, в лучшем случае, навлечь на себя гнев нулевого отряда, к чему Сюнсуй, мягко говоря, был не готов. В худшем – вновь разорвать связи. Кстати, о живых…
– Вы так рассуждаете, – шатен небрежно хлопнул папочкой по столу, – будто Хицугая со своим дзампакто сидит у нас в бараках.
Учёные потупились.
– Что? В лаборатории?! – поразился Кёраку.
Акон закатил глаза, Маюри скрипнул зубами, и все почему-то посмотрели на Нему. Лейтенант отреагировала со свойственной ей пофигистичностью – то есть никак. Маюри вздохнул и сдался:
– Последние десять лет мы регулярно фиксируем в генсее короткие всплески рейацу, по спектру соответствующую рейацу Хёринмару. Так что есть все основания говорить, что, да – владелец самого сильного ледяного дзампакто переродился в мире живых…