Момо с какой-то безнадёжностью вспомнила уроки Рангику-сан, которые, как считала, никогда ей не пригодятся, потому что шатенка всегда придерживалась правил и законов, но нынешняя ситуация требовала радикальных мер. Хинамори тяжко вздохнула, оглядев свои скромные достоинства, расправила косодэ, пытаясь придать груди больше объёма, и взмахнула ресничками, как учила Мацумото:
– Куросаки-кун, а ты можешь проводить нас с Хицугаей Акиширо, – она нежно положила ручку на плечо беловолосого, – через свой клановый сенкаймон в Общество Душ?
Рыжий обалдело уставился на облизывающую губы лейтенанта, затем смерил скептическим взглядом Хицугаю. Заметил, как тот вздрогнул при первых словах, но не придал особого значения. Акиширо же с самым серьёзным видом утвердительно моргнул, подтверждая, что, мол, да, жизненно необходимо.
На самом деле, Куросаки вряд ли бы решился так скоро повторить свой весенний подвиг, но, во-первых, в этот раз инициатива исходила от лейтенанта, а во-вторых, у него было задание. И первым в его собственном списке значился именно Аки.
– Ладно, – как-то рассеянно кивнул рыжий, – только… у меня ещё задание не выполнено. Мне на него пять дней дали, хотя, если не успею, запросто продлят.
– Ну-у, – протянула Хинамори и всё равно довольно улыбнулась, – тогда держи нас в курсе! А мы пока тренировками займёмся!
– Кстати, – вскинулся Куросаки, увидев безопасную возможность выполнить первый пункт задания, – раз Акиши собрался в Общество Душ на Великую битву, – мальчишки синхронно изобразили кривые ухмылки, – ему ведь понадобиться меч.
С этими словами Иссай вручил ему чехол с асаучи.
– Но у него уже есть меч, – возразила было Хинамори.
– Тем более, – думая о чём-то своём кивнул Куросаки и отправился восвояси.
– Что это? – с недоверием и долей страха спросила синигами, оглядывая большое сооружение складского типа, от которого остались стены, крыша и ровно половина перекрытий.
– Тренировочная площадка, – ответил Хицугая, открывая дверь в подвал. – Ты же не думала, что я буду размахивать катаной и швырять огненные шары посреди улицы или, тем паче, центрального стадиона?!
Хинамори сморгнула. Живость Акиши настолько не соответствовала воспоминаниям о Тоширо, что Момо начала раздражаться, но потом её челюсть отвисла, когда она обозрела габариты "площадки для тренировок".
– Ни фига себе, площадочка! – синигами запрокинула голову, глядя в бескрайнее небо на месте потолка.
– Есть немного. Урахара разрешил пользоваться.
– Ты знаешь Урахару? – поразилась лейтенант.
– Ты – в Каракуре, детка! – оскалился Хицугая, явно кому-то подражая. – Здесь ни один призрак не моргнёт без величайшего разрешения господина Безумного Шляпника!
– Угу. Значит, так! – бодро кивнула синигами и стукнула кулаком по ладони. – Кидо… – она перевела взгляд на ладонь, на которой дрожала энергетическая сфера, – мы трогать не будем!
И Хицугая, затаивший, было, дыхание, облегчённо выдохнул. Он и так не вписывается в образ среднестатистического медиума. Более того, он даже не влезает в рамки исполняющего обязанности синигами (хотя бы потому, что, не являясь синигами в принципе, способен на гораздо большее). Поэтому было бы довольно странно, если бы он начал швыряться каким-нибудь хадо тридцать первого уровня, которое любил больше других.
– Лучше займёмся фехтованием! Доставай меч!
– Который? – Хицугая с интересом разглядывал подаренный клинок прямо в чехле. Туда же свой нос сунула Хинамори, слегка столкнувшись лбом с Акиши:
– Хм, асаучи?
– Что это за зверь?
– Заготовка для дзампакто. Не, оставь его пока, давай Хёринмару.
Блондин подозрительно покосился на своего учителя, но спросить, откуда ей известно это имя, не успел. Момо опередила его:
– Конечно, я знаю имя твоего меча! – поставила она руки в боки. – Ты же реинкарнация моего братишки.
Хицугае ничего не оставалось делать, как подчиниться.
Знаете, есть такая байка: когда кто-то показывает пальцем в небо, только дурак смотрит на палец. На самом деле, в этом заключается смысл большинства фокусов – отвлечь внимание от главного. Вот и сейчас Акиши отвёл правую руку в сторону, чуть заведя левую, на которой болталась стальная цепочка браслета, за спину, и позвал:
– Хёринмару!
Как и в прошлый раз, клинок соткался изо льда и духовных частиц, сверкнул на искусственном освещении и удобно лёг в ладонь хозяина, Хицугая тепло улыбнулся.
– Ага! – довольно провозгласила Хинамори, достала Тобиуме и сделала выпад вперёд. Мальчишке пришлось уворачиваться.
На самом деле, с мечами Акиши обращаться умел. Да и как иначе, если являешься владельцем такого рода артефакта (артефакта – не дзампакто). Знал, и даже в кендо ходил, и азам фехтования был обучен, но куда ему до лейтенанта Готея. Кроме того, Хицугая заметил, что шатенка предпочитает колющие движения, в то время, как его тренировали на рубящие, однако, парень не сдавался. Он прекрасно отдавал себе отчёт, что не очень хорош в обращении с мечом (в отличие от того же кидо), но мысль о том, что его могут попросту не взять в Общество Душ, заставляла заниматься, стискивая зубы.
А Мару очень просила.
Через три часа Мацумото стояла у чёрного входа здания, в котором, судя по рейацу, и находился на данный момент Хицугая Каташи. Вскоре из дверей вышло несколько человек, и брюнет в их числе. Он придерживал за талию растрёпанного вида девушку и что-то говорил сладким голосом, нежно ей улыбаясь. Мацумото хмуро покосилась на парочку и скрипнула зубами. До сих пор лишь один человек мог довести её до такого состояния. "Может, я ошиблась, и это – реинкарнация Гина, – Рангику задумчиво пожевала губу. – Хотя, у него же Хёринмару. Блин, не сходится".
Тем временем Хицугая почувствовал прожигающий взгляд, и улыбка спала с его лица. Он поспешил закончить разговор, но распрощался с подружкой также тепло, а затем подошёл к лейтенанту.
– Как успехи? – бодро поинтересовался он.
– Замечательно, – процедила Рангику. – Впрочем, я погляжу, у тебя ничуть не хуже.
– Ты про Анну? – Каташи кивнул вслед удаляющейся девушке, на спине которой красовался такой же чехол, как у брюнета. – Собственно, это и есть наш болезненный гитарист, а я – её замена. Идём?
– О, да, конечно! – едко фыркнула женщина, разозлившись непонятно на что.
– Собственно, вот, – Мацумото с гордостью пригласила Каташи пройти в пещеру, как будто это был дом, в котором она только что проделала капитальный ремонт и генеральную уборку заодно.
– Собственно, я не и сомневался, – хмыкнул Хицугая тем же тоном.
На самом деле, в Каракуре не так много мест, где синигами могли бы без последствий использовать свои силы по максимуму, и Каташи знал их все наперечёт. И уж, конечно, кое-кто постарался, чтобы эти места были равномерно распределены между прибывшими.
Ледяная пещера, притаившаяся в лесном массиве, не пользовалась большой популярностью у местного населения: всё-таки японцы – теплолюбивый народ. А эта, ко всему прочему, имела дурную репутацию. Не то, чтобы тут действительно кто-то пропадал, но Урахара в своё время позаботился об отпугивающих мероприятиях, и теперь ничто не мешало синигами заняться делом.
– Ты не выглядишь удивлённым, – задумчиво заметила Мацумото. – Это – работа Хёринмару?
– Да, конечно, – ностальгически произнёс Хицугая, поглаживая ледяную корку на сталагмитах, и поёжился. Несмотря на более чем тесное общение с ледяным драконом, холод он не любил.
– Тогда это будет несложно, – кивнула лейтенант, уже в облике синигами доставая меч и приглашая парня к спаррингу, но спустя пятнадцать минут прервала его.
– Стоп-стоп-стоп, – затараторила она. – Ты собираешься призывать его?
Каташи удивлённо перевёл взгляд с синигами на свой меч.