Студенты уже разделились на тройки и приобрели более-менее упорядоченный вид, когда рядом с Хисаги возник ещё один молодой капитан.
– Я рад, что сегодня дежурите вы, а не Кемпати, – произнёс Куросаки, также оглядывая студентов.
– Кто-то особенный? – догадался Хисаги. Хотя кто там может быть? Ичиго-кун ведь женат на бывшей Кучики, а Куросаки-младшему, кажется, нет ещё и года.
– Угу, – гордо заявил Куросаки, – младшая сестренка! Вон она, в первой тройке.
Ну, еще бы. Куросаки, да не в первой.
Хисаги пригляделся к девушке повнимательнее. Невысокая, светлокожая, с волосами удивительного медового оттенка, забранными в два низеньких хвостика. Внешне она выглядела спокойной, внимательно слушая инструкции семпаев. Однако, бушующая духовная сила немалой величины выдавала волнение и возбуждение, но тут грех осуждать её – возбуждены и взволнованы были все студенты. А ещё, капитан девятого отряда усмехнулся, её рейацу отдавала легкой тёмно-тягучей нотой, так похожей на брата. Будто почувствовав на себе взгляд, русоволосая повернулась и, безошибочно определив направление, в котором стояли капитаны, радостно махнула рукой, приветствуя брата. Тот кивнул ей в ответ и повернулся к Хисаги.
– Знаю, что это не по правилам, выделять одного студента, но вы уж, Хисаги-тайтё, присмотрите за ней. Мне так будет спокойней.
Получив неуверенный кивок, Куросаки резко выдохнул и ушёл в сюнпо, видимо, чтобы больше не трепать себе нервы.
Студенты уверенно и дружно пересекли разделитель миров, а, выйдя в генсее, тут же разошлись по закреплённым за тройками территориям. Так как женщин среди синигами было меньше, Куросаки-младшая оказалась в команде с двумя мужчинами. Такое деление также было традиционным, так как спрогнозировать, куда заведут две женщины, оказалось не под силу даже Курцучи.
Хисаги с интересом наблюдал за выбранной тройкой. Она оказалась на редкость кособокой, но чего вы хотите от случайной жеребьёвки. Ведущим, как и ожидал Сюхей, стал самый старший выглядящий лет на тридцать мужчина с аккуратным тёмным пробором. Второй мужчина лет двадцати трех с наивными глазами мальчишки и каштановыми вихрами первенство не оспаривал и вёл себя не очень уверенно. От Куросаки Хисаги ожидал чего-то фееричного, что будет качать права, плевать на приказы, разбрасываться силой, но. Девушка соглашалась со старшим, страховала "младшего", а из боевого арсенала использовала классические стойки и низкоуровневые кидо. И лишь под конец тренировки, когда команда уничтожила последнего пустого, Хисаги понял (и то, потому что стоял рядом) – медововолосая искусно направляла командира и второго напарника. Жестом, 'неудачным' выпадом (который приходилось страховать мужчинам, позволяя ей выполнить более действенный), улыбкой, в конце концов. Глядя на неё, Хисаги замирал, вспоминая то ли Ичиго с его банкаем, которым он непременно получит, если с Куросаки-младшей что-то случится, то ли капитана Унохану – вроде и улыбка ласковая, но оторопь берёт – жуть.
Хисаги сглотнул. Из девочки выйдет сильный во всех смыслах капитан, дайте только время. И пусть он не видел её дзампакто, Сюхей, почему-то уверен, что такое счастье ждёт именно четвёртый отряд.
Комментарий к 2.6. Хицугая vs Хицугая. Раунд первый * Сакико – бывшая девушка Тоширо. На кандзи ее имя пишется 咲綺子. Первые два иероглифа можно перевести как "хорошее цветение". Последний ("ко") – показатель женского имени ("ребенок"), но Саки, как большинство современных девушек предпочитает его опускать. И хотя "саки" имеет несколько значений, одно из них – "предыдущий".
========== 2.7. Доживём до понедельника ==========
Куросаки неловко забралась в машину, бросила сумку в ноги и пристегнулась.
В жёстком трафике города Хицугая вёл машину спокойно. Вот он вывернул руль, выходя на междугородную трассу. Здесь тоже машин хватало, но можно было чуток расслабиться. С момента трогания Куросаки не проронила ни слова. Женщина сидела, откинувшись на спинку кресла и печально смотрела в окно, ни разу не повернувшись к водителю. Тихонько урчал мотор, попискивал на ключевых поворотах навигатор, но Куросаки продолжала молчать.
Бросая на брюнетку короткие взгляды, Хицугая пытался решить, как её называть. На вид ей всего восемнадцать, но она учится с Кику на одном курсе, значит, младше сестры всего на год, а это двадцать один. С другой стороны, в такие моменты задумчивости он дал бы ей все тридцать... девять... плюс ещё двадцать. Много пережила? Да, но спрашивать он не имеет права. Не те между ними отношения. Пока.
Значит, понедельник-среда-пятница? – спросил Тоширо, лишь бы завязать разговор и вырвать её из задумчивого плена.
Угу, - провальная попытка.
А я ещё по четвергам, - снова пауза, но разговор нужно поддерживать, и Хицугая поясняет: - Понедельник-четверг - те, кто занимаются второй год, а среда-пятница - первогодки. Во вторник у меня занятия поздно заканчиваются. Их тоже четыре, но со второй пары, поэтому выходит как бы пять, а это довольно поздно для школьников.
Тоширо говорит размеренно, делая паузы и пытаясь оценить реакцию брюнетки, и та, наконец, поворачивается, будто и в правду услышала что-то интересное.
А в остальные дни – четыре с первой? – получает кивок. – Но вы, вроде, раньше начинаете занятия, а заканчиваем мы одновременно.
Ха! – Хицугая доволен, что его монолог закончился. – Ты учишься в меде, его корпуса расположены по ту строну академгородка, идёшь пешком. Сколько времени ты тратишь? – на самом деле вопрос риторический, и Куросаки лишь прикидывает мысленно. – Я учусь на политехе в магистратуре, это тут, рядышком. Правда, обычно я тоже пешком хожу, машину пока со стоянки выведешь... Потому и начинаем на полчаса раньше, и занимаемся по полтора, чтобы в итоге выходило три часа в неделю у каждого потока.
Карин кивнула и вновь вернулась к созерцанию пейзажа.
А танцы? Откуда это пришло? - внезапно произносит она, отстранённо глядя на дорогу.
Даже не знаю. Раньше я фигурным катанием занимался. Хореография там как частный случай. Коньки бросил, а это вот пригодилось.
Ясно.
В машине вновь воцаряется тишина. Тоширо бросает на пассажирку любопытные взгляды, но та либо игнорирует их, либо действительно не замечает, глядя в боковое окно.
А у тебя как получилось сочетать футбол и танцы?
Никак, - и она снова замолкает, но смотрит уже прямо. Затем, через паузу, видимо решив кое-что прояснить, добавляет: - В футбол я играла с детства, сколько себя помню. Но в старшей школе в сборную не взяли, мол, там одни парни и не фиг девчонке там делать, - в голосе брюнетки сквозит скукота, и Хицугая остерегается высказываться. – Вот и пришлось заняться чем-то другим. Я не жалею. Просто... обидна такая постановка вопроса.
Ей снова владеет то равнодушие, которое чувствовалось в их первую встречу. Тоширо хочется обнять девушку, чтобы развеять его. Его и одиночество, которое проскальзывает в сизых глазах. Но сейчас руки у него заняты, а к шуткам Куросаки-сан равнодушна.
А ещё накатывает какая-то тяжесть. С Хицугаей такое случается не часто, но он точно знает, что последует дальше. И первое, что надо сделать – остановить машину, потому что он уже теряет управление. А ведь рядом – пассажирка.
Очень кстати попадается свороток на какую-то мелкую дорогу, и Тоширо, не задумываясь, посылает автомобиль туда, уже на автомате тормозит и останавливается на обочине. Под недоумённым взглядом Куросаки он утыкается лбом в сведённые на руле руки и стискивает зубы, перетерпивая боль, которая буквально давит сверху, не оставляя ни одной здравой мысли. В висках стучит, грудь сжимает так, что не продохнуть, в глазах темнеет и плывёт. Боль накатывает почти внезапно, и его спасло то, что подобное с ним уже случалось, и он был готов. Врачи в своё время не сказали ничего определенного, разве что "последствия послеаварийной контузии", и выписали таблетки.