— Все это время я ждал тебя, Саманта. Ты же хотела поговорить, не так ли?
Саманта невольно замедлила шаг, когда вынырнувшая из сумрака тень неожиданно материализовалась в образе Мэтта Стрейта. Она вздернула подбородок, чтобы получше его рассмотреть. Вглядываясь в его очерченные тенями выразительные черты, она задавалась вопросом, что именно в этом человеке так сильно привлекло ее. Уж конечно, не его высокий рост, широкие плечи и красивое лицо. Ей случалось встречать мужчин намного интереснее.
Он высился над ней, словно башня, ожидая, когда она заговорит, и ей выпала пара лишних секунд, чтобы закончить свое импровизированное исследование. Он оставался все таким же — красивым, высоким, мускулистым, — короче, мужчиной в полном смысле слова, но исходившая от него магия, окутывавшая ее прежде, словно покрывало, исчезла. Она снова сказала себе, что рада встрече с ним, но уже без большой уверенности.
Потому что, прежде чем творить с Мэттом, ей требовалось кое-что обдумать, и желательно на свежую голову.
Полетт и Лола чуть ли не в унисон сказали:
— До свидания, Саманта. Завтра увидимся.
Схватив за руку Хелен, которая в отличие от прочих уходить, похоже, не спешила, девушки повлекли ее за собой.
Саманта повернулась к ним и, пошатнувшись, крикнула:
— Эй, не уходите…
Хелен повернула было голову через плечо в ее сторону, но Полетт и Лола никак на это не отреагировали и продолжали тащить Хелен к отелю.
Саманта повернулась к Мэтту и, запинаясь, произнесла:
— Что… что тебе от меня нужно?
— Вообще-то я хотел поговорить с тобой, — сказал Мэтт с улыбкой, показавшейся Саманте не слишком искренней. — Но теперь у меня складывается впечатление, что прежде нужно помочь тебе добраться до твоей комнаты.
— Это потому, что я основательно… основательно выпила, да?
Саманта в очередной раз запнулась и мысленно обругала себя за это. Задрав подбородок еще выше, она добавила:
— Как видишь, сейчас не время для разговоров.
Взяв ее за руку, Мэтт сказал:
— Ну, сегодняшний вечер я собирался посвятить не одним только разговорам.
— И что же у тебя на уме? — Саманта высвободила руку и осталась стоять в одиночестве среди улицы. — Если ты думаешь, что сейчас самое подходящее время, чтобы заняться тем, чем мы занимались в аллее до твоего ухода, то сильно ошибаешься.
— Я просто хотел проводить тебя в твою комнату.
— Ну, ясное дело, — кивнула Саманта и криво улыбнулась.
— Я правду говорю.
— А я тебе не верю. Если честно, то я не верю ни единому твоему слову!
Мэтт пожал плечами:
— Но ведь это ты хотела узнать меня получше.
Саманта сделала шаг назад и, прищурившись, посмотрела на Мэтта.
— Да… посредством разговоров.
— Хм… Разговоров, значит?
— Совершенно верно.
— В таком случае у тебя появился шанс.
— Нет у меня такого шанса. Я хотела выяснить, чего можно от тебя ожидать. В широком смысле. А чего ждать от тебя сегодня вечером, я и так знаю.
— Может, знаешь, а может, и нет.
Мэтт сделал шаг в ее сторону. Его светлые глаза и он сам словно стали жестче, когда он снова взял ее за руку. Действительно, на этот раз его хватка оказалась сильнее, а в запоздалой ухмылке даже не было намека на искренность.
— Я только хотел убедиться, что…
Зная, что он сильнее ее и настроен весьма решительно, Саманта поняла: рассчитывать на снисхождение ей не приходится. Бросив свободную руку вдоль тела, она задрала подол юбки и вытащила маленький револьвер, висевший в облегченной кобуре у нее на бедре. Увидев нацеленный на него ствол, Мэтт замер и молча выслушал то, что сказала Саманта.
— Мне бы очень не хотелось стрелять в тебя, Мэтт. Тем более что раньше я никогда ни в кого не стреляла. Но уверяю тебя — если что, колебаться я не стану.
Мэтт выпустил ее руку, а когда заговорил, улыбка с его губ бесследно исчезла.
— Ты же не хочешь этого делать, Саманта.
— Разумеется, не хочу. Но если понадобится — нажать на спуск сумею. Так что забирайся на свою лошадь и проваливай из города. А я отправлюсь спать.
Мэтт ответил ей заговорщической улыбкой.
— Даю тебе последний шанс измелить свое мнение. Ты ведь потом пожалеешь, что повела себя так. Я в этом не сомневаюсь.
— Не пожалею и мнения своего не изменю. По крайней мере сегодня вечером. А завтра — возможно.