— Уверен, сестра и брат тебе понравятся, тётя лишний раз слово боится вставить. А на родителей и бабку... просто не обращай внимания.
Тихонько хмыкнув, я предпочла сменить тему:
— Это и есть твой дом?
— Он, родной, — усмехнулся виконт. — Он...
Чем ближе мы подъезжали, тем величественнее и внушительнее казалось имение де Бургов. Хотя, как по мне, это был самый настоящий замок! Его стены, словно под налётом времени, скрывались под виноградной лозой или, может, плющом — издалека было непонятно. Над зубьями одной из башен реяло полотнище в фамильных цветах де Бургов: чёрно-красное и на их фоне золотая хищная птица. Белоснежные рамы разрезали стрельчатые окна на мелкие квадраты, а зелёные газоны, расчерченные стрижеными кустарниками, выглядели идеально.
Наверняка у них служит целая армия горничных и с утра до вечера трудится войско садовников.
Прошуршав колёсами по широкой насыпной дороге, ландо остановилось. Сердце на миг тоже замерло, а потом застучало быстро-быстро: на вершине лестницы показался высокий элегантно одетый мужчина.
Проследив за моим взглядом, Джулиан сказал:
— Это всего лишь дворецкий, Кэмрон. Отец не стал бы отрывать свой зад от кресла, чтобы меня встретить. Пойдём. — С этими словами он вышел из ландо и, не дожидаясь, пока кучер распахнёт передо мной дверцу, сам это сделал. Протянул руку, снова порочно-обаятельно улыбнулся. Коснувшись моей кисти губами, помог выбраться из экипажа.
Сразу стало ясно, что за нами наблюдают, а Джулиан играет. Бросив взгляд на окна первого этажа, я тряхнула головой, прогоняя волнение; расправила плечи и вместе с женихом направилась к лестнице.
Дворецкий дожидался наверху. Стоило подняться, как он чопорно поклонился и проговорил с невозмутимым видом:
— С возвращением, милорд. Его светлость с герцогиней пьют чай в гостиной. Желаете к ним присоединиться?
— Почему бы и не присоединиться? — Джулиан перевёл взгляд на меня. — Что скажешь, Мэнди? Выпьем чаю? Как раз тебя представлю. — Не дожидаясь ответа, обратился к дворецкому: — Её светлость тоже позови. Уверен, мама одной из первых захочет узнать о моих намерениях.
Голос де Бурга сочился удовлетворением, торжеством и даже злорадством. Стало немного обидно — всё-таки не влюбился. Ну да ладно. Помолвка со мной — месть семье. За что — непонятно; увы, причину размолвки газеты не освещали. Впрочем, мне без разницы. Мне нужно было попасть в Буази во что бы то ни стало — я попала. Осталось выполнить заказ и можно будет прощаться.
— Пойдём, Мэнди. — Джулиан демонстративно выставил локоть, предлагая за него ухватиться.
Ухватиться-то я ухватилась и даже ногами зашевелила, но будь моя воля, пошла бы куда угодно, но только не в гостиную. Нет, мне не привыкать вращаться в высших кругах, но почему-то сейчас почувствовала волнение. Липкой дрожью оно проползло по коже, грозясь лишить меня боевого настроя.
«Нет, так не пойдёт», — тут же себя одёрнула. Не впервые мне в этом море плавать. Прекрасно знаю, как вести себя с пираньями, и эти аристократы — не самое страшное, что довелось мне поведать.
Так что, дорогие, вам меня не напугать.
Наверное, последняя мысль была слишком поспешной. Стоило переступить порог парадной комнаты, как взгляд зацепился за кое-что, при виде чего захотелось испуганно зажмуриться. Точнее, при виде кого. В кресле возле камина сидела бабка из как минимум позапрошлого века. Лицо её было изборождено морщинами настолько глубокими, что было трудно понять, как вообще она могла когда-то выглядеть. Волосы или, скорее, то, что от них ещё оставалось — седая пакля, были собраны в тугой узел на затылке, а на лбу и висках бурыми пигментными пятнами темнели залысины. Руки, судорожно сжимавшие металлический набалдашник трости, «украшали» длинные жёлтые ногти. Но больше всего впечатлил не внешний вид, а взгляд бабки. Блёклые и вместе с тем пронзительные глаза буквально вонзились в меня — не отодрать. Я запнулась и почувствовала, как Джулиан взял мою руку в свои ладони, согревая и успокаивая.
— Бабушка, отец, позвольте представить мою невесту, Аманду Вейн. Мэнди, это мой отец, лорд Болдрик де Бург, герцог Эргонский. Моя бабушка, Майра де Бург, вдовствующая герцогиня. Надеюсь, вы друг другу понравитесь.
То, что я им не понравлюсь, стало ясно сразу. Бабка состроила такую мину, словно пыталась выплюнуть таракана, но тот застрял в горле и вызывал сильный приступ дурноты. Что же касается главы семейства, обнаружившегося на диванчике с газетой в одной руке и раскуренной сигарой в другой, при виде меня он вопросительно вскинул брови. После чего отложил корреспонденцию, небрежно бросил сигару в пепельницу.
— Джулиан? — Это было единственное, что успел произнести, прежде чем в гостиную ворвалось облако удушающе сладкого парфюма.
К сожалению, оно явилось не одно, а как дополнение к высокой худосочной даме, тут же повисшей на шее у де Бурга.
— Джулиан! — с явной радостью воскликнула дама, не торопясь отстраняться.
Мне даже пришлось подвинуться — настолько бесцеремонно эта мадам вклинилась между нами. Пока она висела на шее у сына, я вернулась к изучению де Бурга-старшего. Что тут сказать, Джулиан явно пошёл в отца. Оба светловолосые, с серыми глазами и даже ямочка на подбородке у них была одинаковая. У обоих хищный профиль, и эту хищность ещё больше усиливал орлиный нос и широкие брови. Разница была лишь в возрасте. Ну и в причёске: у Джулиана волосы до плеч, всегда собранные в хвост, Болдрик же носил короткую стрижку и бакенбарды, выбеленные прожитыми годами.
— Наконец ты вернулся, мой мальчик! — отлепившись от сына, прослезилась всё ещё не герцогиня.
Пока вот этот милый божий одуванчик с тростью и когтями не отправится в рай или куда пониже, мать Джулиана может забыть о титуле.
— Вернулся и не один, — улыбнулся мой жених.
Только после этого леди де Бург изволила перевести взгляд на меня. Лицо особо не изучала, куда внимательнее прошлась по скромному платью, кружевным перчаткам, шляпке и тоже застыла с застрявшим в горле тараканом.
— Джулиан, — наконец тихо выдохнула. — Кто... кто эта девиц... Я хотела сказать, лэсси.
— Моя невеста, — с удовольствием сообщил маме блудный сын и добавил, явно решив добить: — В конце лета мы с Амандой поженимся. Аманда, это моя мама, леди Эмберлинн. Очень скоро и ты сможешь называть её мамой. Если пожелаешь.
Кажется, её этим тараканом сейчас всё-таки стошнит.
Немая сцена вышла красочная, и будь я сторонним наблюдателем, насладилась бы моментом и выражением лиц «милого» семейства. Но когда на тебе скрещены подобно острым шпагам откровенно враждебные взгляды, наслаждаться моментом не получается. Только и смогла что улыбнуться и попыталась подсластить леди Эмберлинн горькую пилюлю:
— Официальной помолвки ещё не было.
— Но будет. Очень скоро, — с готовностью вставил Джулиан. — Мама, ты же поможешь организовать по этому поводу званый вечер? Пригласим всех соседей.
Леди побледнела. На месте Джулиана я бы придержала её за талию на случай, если надумает в шоке падать, но де Бург почему-то решил, что сейчас самое время обнять меня. Ещё и коснулся поцелуем моего виска.
Паяц!
Заметила, что Эмберлинн, так и не уйдя в обморок, открыла рот, явно собираясь возмутиться, но её опередил муж: