Выслушав эти заманчивые истории, напоминавшие текст некоторых брошюрок, что мы читали вместе с Гриней, я посмотрела на Хирона и задала всего лишь один вопрос:
— Грон? Что это?
— Ах да, ты же деревенский неуч!
— А что, городские хорошо знакомы с вашими… гронами?
— Образованные — конечно. Дроу не раскрывают каждому подробности своей жизни, но все же в учебнике по истории рас про нас прилично страниц.
Я прикусила губу, покраснев. Меня ткнули моим невежеством. Я зачем-то тихо пробормотала в ответ:
— Такая книга мне не попадалась. Найду — прочитаю.
Хирон задумчиво с прищуром посмотрел на меня, вздохнул и рассказал.
— Гроны — это ездовые животные в Даркмаре. Их используют чтобы ездить верхом, а также для работы на шахтах и рудниках, перевозки грузов и тому подобное.
У меня вдруг возник еще один вопрос, и я немедленно задала его дроу:
— А ваши дети ходят в школы? Изучают историю этих самых рас?
Хирон нахмурился и довольно резко ответил:
— Ты хочешь оскорбить наш народ? Конечно, у нас есть и школы, и другие учебные заведения. Мы не какие-то твари, которые ютятся по пещерам, мы просто живем под землей. Поменяй местами Даркмар и Сабирию, вытащи нас на поверхность, и ты не заметишь разницы. Ну или почти не заметишь — темные эльфы все же более цивилизованы.
— Вы? — не удержалась я. — Вы убиваете, глазом не моргнув.
Хирон ощерился:
— Следи за словами, полукровка! Не ты ли давеча сидела у одного грязного человечишки в подвале? Вы ничем не лучше нас, зато мы честнее и не прикрываемся моралью в минуты слабости.
Я замолчала, признавая его правоту, но все же огрызнулась разочек:
— Справедливости ради, я тоже не совсем человек…
Хохот дроу был для меня лучшим ответом. Однако, он все же снизошел до меня и прокомментировал свое веселье:
— Тебе будет очень полезно побывать в Гринлойде. Ты посмотришь, что из себя представляют светлые эльфийки. Поверь, сейчас я в тебе вижу, скорее, человека. Талс, помнишь я брал себе рабыней светлую?
Талсадар, не участвовавший в этом диалоге, но как обычно внимательно слушавший, посмотрел на напарника немного раздраженно. Он торопился пуститься в путь, но все же ответил:
— Это сложно забыть, ты везде появлялся с ней.
— Ну знаешь! Она мне стоила баснословной суммы. Так вот, оказалась холодной стервой.
Хирон поморщился, вновь переживая досаду от зря потраченного золота. А я подумала, что дело не в эльфийке, а в дроу. Да и вообще, чего можно ждать от рабынь? Обожания? Одно дело тебя вырастили такой, и ты не знаешь ничего, кроме своего рабского существования, а другое — вырвали из привычной свободной жизни, посадив на цепь. Да темные лорды и есть настоящие холодные сволочи. Почувствовав, что я начинаю злиться до покалывания в кончиках пальцев и поймав взгляд Талсадара, буркнула:
— Едем?
Мы двинулись в путь. Одетая в удобные штаны и куртку из мягкой кожи, красиво подогнанные по фигуре, теперь я была похожа на зажиточную горожанку, а не голытьбу из деревни. Неста и Сюзи заплели мне сложную косу, обмотав вокруг головы и вплетя в нее какие-то камни, по их словам, амулеты, которые помогут мне в дороге. Капюшон на куртке прикрывал мои уши, но на самом деле я очень нравилась себе в новом одеянии, которое неожиданно подчеркивало мою женственность, поэтому мне хотелось ехать с непокрытой головой. Стряхнула капюшон с головы, но не долго проехала в таком виде. Талсадар поравнялся со мной, протянул руку и вернул мое покрытие на волосы.
— Мне не очень хочется сейчас убивать, Криссандра. Давай хотя бы некоторое время продержимся без побоищ.
Это он на что намекает? Что все из-за меня? Кому ночью мешают мои уши?
— Полукровочка, он имел в виду, что ты слишком красива, а не ушаста, — со смешком добавил Хирон. Да он мысли читает! Смутившись, я натянула капюшон так, что и носа не видно стало.
До границы мы добирались, делая привалы исключительно в дневное время: после двенадцатичасового пути отдыхали и принимали горячую пищу. К слову, готовили на костре дроу без моей помощи, сами организовывали и убрали лагерь. Меня никто ни разу ни о чем не попросил — пока рабыней я себя не чувствовала.