Удивительно, но на своем пути мы не встретили ни одного эльфа, пока, пробегая по одному из залов, где светлые, судя по обстановке, предпочитали отдыхать на диванчиках за книгами, и разговорами, не столкнулись с Дарсиэлем, который сложив руки на груди, стоял и кого-то ждал, высматривая мрачным взглядом. Оказалось — нас. Мое сердце пропустило удар, а потом как шальное поскакало навстречу прекраснейшому из мужчин. Все ощущения, которые я поймала на этапе знакомства, сейчас обрушились на меня в тройном объеме.
— Наконец-то! Мне сказали, что вы выбрались. Я так и знал, что вы прибежите к этому выходу, — воскликнул Дарсиэль, увидев нас. И это была музыка для моих ушей: его голос затрагивал самую суть души, даря ей настоящую, ничем не замутненную радость. Как я жила без этого раньше? Это было жалкое существование!
— Уйди с дороги, светлый! — спокойно сказал Талсадар. Спокойствие было мнимым, я видела, как у него когти отрастать начали. Все видели.
— Вы не уйдете далеко, в нашем лесу это невозможно — вас вернут в мгновение ока. А если послушаете меня и поможете, то возвращение в Сабирию можно устроить и по морю. Тем более, что это и в ваших интересах.
— Говори! — рыкнул темный. Он завел меня за спину в защитном жесте, но мне это только мешало: я выглядывала из-за спины темного и восхищалась светлым лордом, бросая жаркие взгляды на объект моего обожания. Он словно магнитом притягивал взор, но просто смотреть уже было недостаточно: хотелось прикоснуться к этому совершенству, пробежать руками по лицу, плечам и животу. Сделала шаг вперед, а дроу, почувствовав движение за спиной, сначала недоуменно оглянулся, а потом проинспектировал меня более долгим и внимательным взглядом. Пока он удивлялся, я сделала обманный маневр и решительный бросок вперед к Дарсиэлю, словно кобра, заметившая добычу. Талсадар перехватил меня, но я на него особого внимания не обращала: с блаженной улыбкой я стремилась к своему чуду, и только рука темного, цепко схватившая за локоть, не давала этого сделать и тем самым очень бесила. Я делала шаг к светлому, дроу тянул к себе, я не останавливалась и снова тянулась к своему идеалу, и снова отлетела обратно — таким образом я вообще по ощущениям не останавливалась, но Дарсиэль был все так же недосягаем, что приводило в отчаяние и взращивало желание прибить настырного темного. Талсадар что-то понял и перевёл злой взгляд на Дарсиэля.
— Светлый! Ты используешь чары? — с презрением прошипел Талсадар.
— С чего ты решил? Твоя полукровка слюни на меня пускает? Я заметил. Да, чары — часть нашей фамильной магии, но они не для вашей деревенщины. Эльфы нашего клана привлекательны только для незамужних эльфиек из древних родов, и пока сами не женаты. Это помогает настроить наших холодных леди на брак: чем древнее кровь, тем они меньше склонны к сантиментам. У вашей полукровки не может быть крови аристократа: с людьми сношаются только рядовые нетитулованные светлые, и именно от них рождаются эти недоэльфы. Благородный светлый никогда не понесет свою драгоценную кровь в утробу человечки. Так что нет, твоя девка не может чувствовать чары. Но если ей так надо, я могу ее взять в постель на пару раз — недурна.
Его слова были унизительны, но я не чувствовала этого. Разумом я понимала, что меня обижают, но ощущения все равно были восхитительные: все, что говорил светлый, звучало как признание в любви.
— Ну не знаю, для нашей Крисс не характерно так бросаться на кого-либо. Талс, держи ее, она сейчас рванет к бледному. Притушите чары, лорд Дарсиэль, — обеспокоенно сказал Хирон, подойдя ко мне и поводив ладонью перед глазами. Видимо, я что-то сделала не то, раз у дроу так вытянулось лицо. Не часто можно увидеть такую эмоцию на лице этого темного.
— Я это не контролирую, — с ухмылкой сказал светлый. Он всего лишь поднял уголок губ, а меня словно молнией поразило: мой сладкий улыбнулся!
Талсадар разозлился, и, заиграв желваками на лице, схватил меня за затылок, повернул к себе лицом и прижал голову к груди, лишая возможности видеть Дарсиэля. В голове немного прочистилось, дурман ослаб, появилось чувство стыда, но до конца очарование моим личным эльфийском божеством никуда не делось.