— Так ты спасла мир?
Ниам ухмыльнулась.
«Роза спасла мир от Фионна».
— А что с Астрой?
«Если Астра жила, есть возможность — это не точно — что она смогла открыть врата в мир фейри. Не я одна родилась со знаниями. Она тоже. Мы с Астрой как две стороны одной монеты. Те же дары, видения, способности… но одна из нас родилась в свете, другая — во тьме. Она жаждет власти и верит, что сможет быть по-настоящему бессмертной, только если вернётся в мир фейри, где нет железа или оборотней… где ничто не сможет убить её. И она знает, что есть несколько способов вернуться в мир фейри. Если один из нас хочет вернуться в мир фейри, тогда нужны четверо для открытия врат. Четыре — священное число для фейри. У них четыре страны, четыре двора, четыре времени года, четыре части дня, в честь которых названы дворы — Саура, царство постоянного света солнца. Известное как земли Дня, место королевы. Гира — царство вечной темноты, прозванное землями Ночи. Эрох, земли Рассвета, и Фор, земли Сумерек. Четыре. И четверо нас, чтобы открыть врата, если один этого хочет. Если мы не хотим, врагам хватит одной. Им даже не нужны наши смерти. Им хватит пролить нашу кровь против воли».
— Зачем тогда нужны четверо?
«Доказательство, что мы заслуживаем вернуться в мир фейри. Что хотя бы одна из нас чувствует себя одной из них, а не сверхсуществ и людей, среди которых выросли».
— И Астра знала это? Она уверена в знаниях?
— Да. Но я думала, что она уже не была проблемой. Через несколько месяцев после видения о её планах использовать нас троих для открытия врат Эйрик нашёл и убил её. Я думала, она мертва. Он думал, что она мертва».
— Что случилось?
«Он пронзил её сердце железом, и она медленно и с болью умирала. — Ниам не могла поверить, что Астра пережила это. — Наверное, она использовала магию иллюзий. Он только думал, что использовал железо, и она заставила его видеть то, что хотела. Страшно, что это обмануло и меня».
— Но теперь она снова в твоих видениях.
«Да. Она жива. И ищет меня, Розу и последнего фейри, Элайджу, чтобы в Шотландии открыть врата, о которых никто не знает. Все думают, что единственные врата в Ирландии… но другие есть возле Эдинбурга».
— Это камни из видения?
Ниам кивнула.
«Стоячие камни. Они отмечают врата в мир фейри. Их установили тысячи лет назад, чтобы люди не совались близко. Что в круге ткань между мирами сломана, и они попадут в мир фейри».
Кийо нахмурился.
— Почему я в этом видении?
— Я честно не знаю.
Он обдумал это.
— Ладно. Я тебе верю.
От его слов она чуть не растаяла на кровати от облегчения.
«Хорошо. Потому что нам нужно быть заодно. Я сказала, что мы с Астрой были разными сторонами одной монеты, но я чувствую, что её силы увеличились. Она, возможно, сильнее нас и способна на такое… она может скрыться от нас. Моё видение сказало, что так она заполучит Розу и Элайджу. Мы ощутим что-то, но не опасность, и не сможем защититься. И если мы не настороже с ней, она сможет управлять нами, как мы управляем людьми. Я знаю теперь, так что буду настороже, но мне нужно предупредить Розу и добраться до Элайджи. Просто… кажется, что Токио важнее, и я не знаю, почему».
Кийо вдруг сел, насторожившись.
— Что такое?
— Ты не можешь ощутить опасность от неё, и она может управлять тобой?
— Если я не буду настороже.
Он сильно выгнул брови.
— Ниам, ты не настороже. Ты горевала месяцами по Ронану. Топила себя в вине.
— И?
— Астра могла заставить тебя видеть те видения?
— О чём ты?
— Ты не могла понять полученные видения. Видения появлялись слишком часто. Видения толкали тебя к мести… к тьме.