В этот момент Кремень заметил на земле верёвку и жестом подозвал разведчика. В предрассветных сумерках трудно было сразу различить следы драки.
— Твою мать! — не сдержался Мякиш, разглядев признаки борьбы.
Мужчины посмотрели друг на друга, словно спрашивая, что предпринять дальше. Неожиданно они услышали хруст веток, оба вскинули оружие, но синхронно опустили его, когда из-за кустов показался Антон.
— Где Филин? — сразу шагнул к нему Кремень.
— Он… — Молодой человек опустил глаза. Сталкер все понял, и у него перехватило дыхание.
— Как… как ты мог?.. — произнёс он, со злостью глядя на Антона. — Я же просил!..
Видно было, что Кремень едва справляется с охватившим его гневом. Он тяжело дышал, пальцы сжимались в кулаки, казалось, что он готов испепелить парня взглядом.
— Тоха, — Мякиш оттеснил Кремня, — где Филин? Спокойный голос разведчика не позволил ситуации накалиться ещё больше.
— Сбежал, — виновато ответил молодой человек. — Верёвка начала его душить. Он хрипел и весь покраснел…
— Антон! — воскликнул Мякиш. — Как ты мог купиться на этот трюк?! Я же проделал его у тебя на глазах всего несколько дней назад!
— Я спросонья не сообразил. Открываю глаза, а он хрипит уже. Я, Кремень, сразу про сына твоего подумал. И побежал спасать.
— Так ты ещё и спал?!
— Я, — начал оправдываться Антон, но Мякиш жестом остановил его:
— Хватит! Потом объяснишь. Сейчас нужно уходить — за нами погоня. Кремень, выводи нас отсюда.
— Нужно догнать Филина! — заявил сталкер. — Когда он… ушёл?
— Вчера вечером. — Антон насупился. — А что я мог сделать?! У меня первая мысль была, что он притворяется, а потом я подумал, что если нет, то и твой сын сейчас задыхается. Я поэтому…
— Ладно, — уже успокоившись, сказал Кремень. — Извини. Значит, говоришь, вечером… ночью идти не мог — Тёмная долина не то место. Фора — максимум три часа. Если пойдём в темпе, то к обеду догоним. В какую сторону пошёл?
— Я не проследил. Но с поляны вышел там. — Антон указал направление.
Мякиш взял сталкера за плечо и развернул к себе:
— Кремень! Остынь! Какой Филин, когда за нами по пятам идёт свора вооружённых головорезов? Найдём мы твоего Филина! Обещаю! Выберемся за Периметр и все сделаем как планировали! Только чуть позже и если живы останемся. Так что выводи нас, дружище! Эта мразь далеко не уйдёт, а вот нам точно без тебя не выбраться!
Сталкер поразмыслил немного, потом кивнул:
— Пошли!
Мякиш отдал Антону один из своих пистолетов, потом Кремень вывел их с поляны, и они направились в сторону, противоположную той, куда сбежал Филин.
Разведчик немного удивился, что сталкер так быстро согласился, и первое время присматривал за его действиями. Но Кремень шёл уверенно, не всматриваясь в землю в поисках следов, только замедлял шаг возле аномалий и ускорял на чистой земле.
— Куда идём? — осторожно уточнил Мякиш.
— К Анютиному оврагу.
Ответ был быстрым, без раздумий, и насколько мог судить разведчик, правдивым.
После этого Мякиш успокоился и просто шёл за сталкером, периодически оглядываясь. Странное дело, но, следуя за Кремнём, он не испытывал такого чувства опасности Зоны, как с Филином. Как-то само собой получалось держать дистанцию, ловушки давали о себе знать явственно и чётко, не было того рваного ритма перемещений, как с бандитом. Антон тоже шагал достаточно уверенно, хотя опыта у него было ещё меньше, чем у Мякиша. Как будто уверенность сталкера передавалась обоим его спутникам, вызывая ни с чем не сравнимое чувство единения с Зоной. Разведчик вспомнил, что пережил нечто похожее на «обкатке», когда только-только начало зарождаться ощущение «блаженной слепоты». Поэтому Мякиш долго шёл молча и лишь через какое-то время поинтересовался:
— Кремень, ты, конечно, сталкер с опытом, и все такое, но нам не надо как-то следы заметать? То, что плутаем, я и так вижу — чтобы сто метров пройти, мы раз по пять вправо-влево шарахаемся. Но кажется, что идём по проторённой дорожке и найти нас на ней не составит труда.
— Сейчас впереди развилка будет, там заметём, — ответил сталкер. — В любом случае тот сброд, что я видел, вряд ли нас догонит.
Мякиш в принципе был с ним согласен, поэтому временно переключил внимание на шагающего с унылым видом Антона. Парень чувствовал свою вину и был прав, но идти с таким настроением по Зоне — хуже не придумаешь. По идее, это должен и Кремень знать, но сталкер сейчас весь на эмоциях, в нем кипят гнев и досада, что тоже не очень хорошо. Надо что-то предпринимать, иначе быть беде.