— Антоха, мне не даёт покоя вопрос: какого хрена ты не ушёл за Периметр? — произнёс Мякиш ворчливым тоном. — Ведь я тебе велел дожидаться у Белого камня. Вместо этого ты прибился к Кремню и притащил его ко мне!
— У Белого камня на меня напала стая псевдособак. Пришлось бросать все и спасаться бегством. Еле жив остался. Чудом забрался на дерево и оттуда перестрелял собак. Хорошо, пистолет не выронил, пока бежал. Ну и заблудился, конечно.
Антон словно рассказывал не о том, как в очередной раз избежал смерти, а о чем-то обыденном. Это Мякишу и не нравилось.
— Потом пошёл на восток, — продолжил молодой человек. — Я немного запомнил карту, которую ты показывал.
— Немного?! Ты что, тупой? — Мякиш специально его провоцировал. Он пытался разозлить парня или обидеть, заставить испытывать какие угодно чувства, кроме подавленного уныния, хорошо читаемого на его лице сейчас. — Да ты должен был после моего рассказа знать её наизусть. Я перед тобой полтора часа распинался!
— Я все равно не знал, куда добежать успел и где оказался…
— Ориентиры нужно было искать!
В этот момент неожиданно вступил в разговор Кремень.
— Какие ориентиры?! — обернулся он к Мякишу. — За тобой гналась когда-нибудь стая псевдособак? Какого хрена ты сейчас парню мозги лечишь? — Сталкер сам не осознавал, что в нем говорила банальная ревность учителя, чьего ученика начинает отчитывать другой наставник. — Он сумел забраться на дерево — молодец! Потом расстрелял псов, сориентировался и пошёл на восток. И добрался от Белого камня до Анютиного оврага, причём без жратвы и воды. Ты сам-то сумел бы? А ещё про какую-то карту втираешь, умник.
Мякиш посмотрел на сталкера и мысленно улыбнулся — сработало! С одним разобрались. Повезло, что почти сразу задел за нужные струнки.
Антон переводил взгляд с одного на другого, слегка растерявшись, а потом нерешительно продолжил:
— Я увидел дым и решил пойти на него, вышел к посёлку, но оттуда раздались выстрелы. Тогда я решил обойти посёлок и посмотреть, кто с кем воюет.
Этой части истории Кремень не знал, поэтому переспросил:
— Дым и стрельба — это в том посёлке, где мы встретились?
— Да, — кивнул парень. Сталкер пожал плечами:
— Дым — это я дом подпалил, где тело Лиона нашёл, но там никто не стрелял.
— Не знаю, я выстрелы слышал. Беспорядочные.
— Так это шифер на крыше лопался, — улыбнулся Кремень. Мякиш с ехидной улыбкой покивал:
— Антоха у нас просто гений! Это, наверное, у него с голодухи и обезвоживания глюки начались. Потому что не отличить выстрелы от треска шифера — это надо очень сильно постараться!
— Да с какой стати он должен уметь их отличать? Думаешь, он каждый день шифер поджигает? — снова вступился за парня Кремень и неожиданно остановился. — Все, пришли. Развилка.
По обеим сторонам от тропы плотными рядами расположились мерцающие аномалии.
— Ну и где твоя развилка? — насмешливо спросил Мякиш. — Только не говори, что мы сбились с пути и тебе просто стыдно это признать.
— Ты на этой развилке стоишь. Не видишь? Ну понятно, это немножко труднее, чем в горящем шифере разбираться. — Язвительный тон Кремня удивил и рассмешил Мякиша, который наконец понял, какие эмоции движут простодушным сталкером.
Разведчик огляделся. Тропа на этом участке пролегала достаточно прямолинейно и ответвлений не имела. Кремень заметил отразившееся на лице Мякиша сомнение и начал объяснять:
— Сейчас проходим по дороге вон до того изгиба, видите, где деревья в разные стороны разошлись.
— Как будто между ними кто-то пролез, — прокомментировал Антон.
— Да, там, — кивнул сталкер. — Проходим между ними, дальше расходимся в разные стороны…
— Как это? — сразу нахмурился Мякиш.
— …и встречаемся здесь, — закончил свою мысль Кремень. — Опыт у вас какой-никакой есть, ловушки распознаете. Я укажу направление, но путь выбирайте сами, главное — вернуться сюда. Ясно?
— Зачем?
— Затем, что сейчас мы стоим на развилке. Замкнув следы на этой точке, собьём погоню с толку, а три разных пути дадут ещё выигрыш по времени. И если сделаем все правильно, то о преследователях больше не будет нужды беспокоиться.
Убедившись, что все его поняли, сталкер первым пошёл к указанному месту. Мякиш с Антоном переглянулись и двинулись следом. Обоих слегка смущала перспектива самостоятельного прохождения аномалий. Кремень почувствовал их нерешительность, хотя внешне это проявилось только в растерянном взгляде Антона. Разведчик лишь нахмурился, словно пытался что-то вспомнить. Мякиш действительно сейчас прокручивал в голове все рекомендации и знания, полученные у деда Ефима и на «обкатке». Труднее всего было Антону с его несколькими часами практики, но молодой человек взял себя в руки и спросил: