В тот момент, когда палец Мякиша оказался на спусковом крючке, какая-то сила подхватила сталкера и оттащила от разведчика. Мякиш тут же начал вставать, медленно приходя в себя. Ярость кипела в нем. На земле барахтались Кремень и Антон. Видимо, это он оттащил сталкера.
Мякиш прицелился в Кремня, но Антон поднялся раньше и загородил его.
— Не надо…
Быстрым и сильным движением Мякиш отшвырнул парня и снова взял сталкера на прицел. Кремень стоял без оружия, расставив руки, и заслонял собой Филина.
— Я… не… позволю! — проговорил он сдавленно.
Мякиш подошёл вплотную и приставил пистолет к его лбу. От прикосновения холодного металла сталкер даже не вздрогнул. Чувство более сильное, чем ярость Мякиша, придавало ему сил. Он стоял за жизнь своего сына.
Разведчик медлил, что-то не позволяло ему спустить курок. Один глаз у него заплыл, на голове саднила длинная царапина, в ушах шумело от перенапряжения, адреналин делал кровь обжигающе горячей.
И тут он увидел, что мужчина, стоящий перед ним… плачет. Не от страха, не от боли, не от злости… Просто он действительно не мог позволить увести Филина даже ценой собственной жизни.
В этот миг Мякиш осознал, что все слова об артефакте — правда. Что «цепь судьбы» связала жизни отмороженного бандита, промышляющего торговлей людьми для жертвоприношений, и десятилетнего мальчишки, живущего далеко за пределами Зоны.
Он опустил пистолет, отошёл к дереву и сел, прислонившись спиной к стволу.
— Да чтоб вас всех! — Приложил холодный пистолет к заплывшему глазу, поправил мешавший автомат, снова выругался и произнёс: — Раз он не может идти, значит, сам пойдёшь со мной!
— Я не могу, — хрипло ответил Кремень, не сходя с места.
— Какого хрена ты не можешь?
— Мне нужно вытащить его из Зоны. Если со мной что-нибудь случится, кто это сделает?
— А когда на меня бросался, не думал, что с тобой «что-нибудь случится»? Я тебя едва не пристрелил, сукин ты сын!
Кремень не отвечал. Мякиш посмотрел на него здоровым глазом:
— А скажи, что ты будешь делать с ним, когда выведешь из Зоны?
Сталкер снова промолчал.
— Во-о-от! — протянул разведчик. — Я так и думал. Ты что же, считаешь, что все опасности ограничиваются этой пресловутой Зоной? Да за Периметром их едва ли не больше, чем здесь!
— Знаю, — сказал Кремень. — Что-нибудь придумаю.
— Что ты можешь придумать?! — фыркнул Мякиш. — Здесь надо не просто кремнём быть, а гранитом натуральным. А ты не сможешь. Потому что иначе не стал бы набрасываться на меня с кулаками, а просто пристрелил бы.
— У тебя есть предложение?
— Есть, — кивнул разведчик. — Я так понимаю, что сталкер ты более опытный, чем этот мусор в ботинках. К тому же боец неплохой. — Он пощупал шишки на голове, цыкнул, сморщился от боли, и продолжил: — Поможешь мне провести разведку лагеря иностранных гостей, а если понадобится, то и совершить маленькую диверсию в нем самом. Никаких убийств и прочей уголовщины. Просто незначительная порча чужого имущества. После чего все дружно мотаем из Зоны. А на выходе я позабочусь о том, чтобы Филина арестовали и упекли в лечебницу для душевнобольных где-нибудь поближе к твоему дому, чтобы ты мог навещать дорогого сердцу родственничка. А уж в больнице проследят, чтобы он вёл здоровый образ жизни в комнате с мягкими стенами, без ссадин, ушибов и расстройства желудка. И протянул свою растительную жизнь как можно дольше. — Мякиш замолчал, позволив Кремню обдумать предложение, и через некоторое время спросил: — Ну что?
— Идёт, — согласился сталкер.
— Ни хрена не идёт! — завопил Филин. — Я на это не согласен! Лучше пристрелите меня прямо здесь и сейчас! Не хочу я всю жизнь в дурке просидеть!
— А ты заткнись, гнида! Знаешь же, что никто в тебя стрелять не будет! — беззлобно ответил ему Мякиш. — За то, что ты с людьми делал, тебя казнить надо! Медленно и с удовольствием, как в старину. Так что считай этот артефакт подарком судьбы. Проживёшь ещё кучу лет под присмотром врачей и хорошеньких медсестёр.
— Нет! Я не хочу так! Не хочу!
— Да тебя, собственно, никто и не спрашивает. — Разведчик посмотрел на Кремня: — Как думаешь, сколько до лагеря?
— Если они на дальней стоянке, то часа три-четыре. Дойдём уже по темноте.
— На какой они стоянке? — спросил Мякиш Филина.
Но бандит отвернулся и промолчал. Разведчик понял, что возможности вытрясти из него сведения больше нет. По крайней мере, пока рядом Кремень.