— И пусть. Я не хочу, чтобы ко мне кто-то приходил, — мрачно сказала она, вспоминая заросшую могилу матери. — И вообще. Хватит говорить так, будто бы тебе семьдесят восемь лет. Мужчины столько не живут чаще всего.
— Ну хорошо, — нервно рассмеялся Эрен, — не буду. Мужчины и впрямь столько не живут. Да и на могилу к тебе не смог бы ходить. Зачем жить, если тебя нет? — Смеясь, он продолжил: — Жарился бы с тобой в одном котле. В рай ведь не пустили бы. А все из-за той порванной простыни.
На улице солнце нагло увеличило температуру, наслаждаясь тающими людьми. Глухая духота, как перед готовящейся грозой. Весна напоминала о себе только редким прохладным ветерком и неторопливо увеличившимися тучами, которые в любой момент могли обрушиться дождем, либо пройти стороной. Но сейчас весна все чаще уступала летнему городскому жару. Стянув с себя косуху и поправив кепку, Йегер втянул воздух, прищурившись.
— А так… Не умирай раньше меня*. Ведь я еще хочу пожить с тобой. Будет немного несправедливо, если так произойдет.
— Ничего обещать не могу, — Микаса ухмыльнулась. — Пошли в Мак? Тосты, конечно, классно, но нормально поесть никто не отменял.
— Вот от такого питания я точно ноги откину. — Он закатил глаза. — Нормальная еда, слышишь, нормальная. А не та, из-за которой в желудке кирпич. Это ты на сцене стоишь, а мне скакать по ней надо. Поэтому я хочу заказать с собой чего-нибудь толковое. Ну, хотя бы с намеком на толковость и питательность. — Его рука опустилась на ее голову, взъерошив волосы. — Вон — кафешка. Должны быстро что-нибудь приготовить. Возьмём с собой в дорогу. А мы пока с тобой кофе выпьем с каким-нибудь пирожным. Пробное свидание. Считай это официальным приглашением. Банальным, конечно, донельзя.
Он почесал затылок и виновато улыбнулся. Конечно, следовало бы придумать что-нибудь романтичное, запоминающееся… Но иногда вот такой обычный незапланированный поход в случайное кафе мог соперничать с любым самым вычурным планом. Ведь главное, кто был рядом.
— Я совсем забыла, что ты торчишь свидание. — Микаса поправила свои волосы. — И хватит уже все время портить мне прическу, серьезно. Я и так хожу вечно растрепанная.
— Просто о таких вещах я уж точно забыть не могу. — Прижав ее к себе за плечо, он быстро поцеловал в макушку. — Может, мне нравится видеть тебя именно растрепанной. Это даже мило. Особенно утром, когда ты сопишь и слюни пускаешь. Это так… Уютно и по-домашнему. — Пожав плечами, Эрен подставил лицо солнцу, зажмурившись, как кот. Он готов был просыпаться раньше, лишь бы наблюдать эту картину как можно чаще.
Открыв дверь, Эрен галантно пропустил Микасу внутрь.
— Хочу кофе, а еду закажи на свой вкус. — Она села за столик у окна, поглядывая на цветущие деревья. На удивление, этот город был красив. — Ты по утрам тоже слюни пускаешь. На мои волосы. У тебя какой-то пунктик насчет этого?
— У меня на тебя пунктик, вот непроизвольно и помечаю тебя. — Куртка приземлилась на соседний стул, а рука Йегера легла на затылок Аккерман, притягивая к себе для поцелуя. — Мало ли кто подумает украсть тебя, пока меня рядом не будет. Ну и, смотри, та деваха таращилась на меня, когда только увидела. А так… — Проведя большим пальцем по шраму на ее щеке, он улыбнулся. Непроизвольно он пытался сделать так, чтобы, касаясь этой отметины, Микаса вспоминала именно его нежность, тепло его рук, а не кошмары прошлого. — Так она точно не решится подойти. Я отчего-то не хочу видеть твою ревность. Интуиция, знаешь ли.
— Зачем помечать меня? Я же не вещь. — Аккерман кинула быстрый взгляд на его лицо, но ее отвлекла вибрация в сумке. На экране большими буквами было написано «Планктон», обреченно вздохнув, она сняла трубку. — Ну и что такое?
— Знаю, что далеко ты не ушла. Возвращайся в студию, есть один разговор. Мальчика нашего только в покое оставь сейчас. Нам он не нужен.
Устало вздохнув, Йегер провел рукой по плечу Микасы и сел напротив, ожидая. Наверное, им еще долго не удастся вот так вот просто посидеть где-нибудь вдвоем.
— Ты издеваешься? Ты не мог поговорить со мной, пока я была в студии? — Аккерман пыталась сдержать нарастающую злость.
— Угомонись, — рявкнул Стив, — нет интереса слушать твои возмущения. Я могу и сам прийти, но уверен, что это тебе не понравится. Поэтому бегом обратно, если и дальше хочешь, чтобы он сидел напротив тебя. Не вынуждай давить на тебя этим.
Микаса дернулась, не ожидая того, что он крикнет.
— Завались и не смей повышать на меня голос, иначе я вырву твои гнилые яйца. Сейчас я приду, — прошипела она, бросая трубку. — Я не долго. Просто выслушаю, что ему от меня надо и вернусь.
— Уверена? — Эрен поднялся, внимательно смотря на Микасу. Что-то внутри требовало идти с ней. Отчаянно требовало. — Можем ведь потом просто что-то прихватить в автобус из отеля. — Нахмурившись, он взял Аккерман за руку. — Если нужно, я пойду с тобой. — Прикинув, что максимум, на что сейчас был способен он сам, — сломать нос или другое насилие, в виду кипевшей внутри ненависти к Стиву, идти к нему было не лучшим вариантом. — Но, если что, пожалуйста, держи телефон в руке, чтобы набрать меня. Хорошо?
— Да все будет хорошо, не парься. — Она сжала его щеку, немного оттягивая. — Что он мне сделает, по-твоему? Наорет и все.
Йегер фыркнул, дуясь на такое слишком откровенное действие. И чему потом удивляться, когда на публике они вели себя ровно противоположно тому, что вытворяли наедине?
— Да понял я, понял, — он отстранился, потирая щеку, — что ты и сама за себя постоять можешь. Но все же, Аккерман. Аккуратнее.
Комментарий к Глава 17
* “Rammstein” - “Stirb Nicht Vor Mir (Don’t Die Before I Do)”
========== Глава 18 ==========
Погода менялась в худшую сторону, словно чувствуя изменения в настроении Аккерман. Она поправила очки, кидая взгляд на Стива, который, прислонившись к окну, ждал, пока она придет.
— Омерзительный уродец, — прошептала Микаса, переходя дорогу.
Долго идти не пришлось: лишь подняться на лифте и пройти по коридору в его отвратный временный кабинет. Она остановилась на несколько секунд, задумчиво глядя на свой смартфон, и, провернув несколько манипуляций, заблокировала его. Только после этого дверь в кабинет была открыта, выпуская запах чего-то затхлого вперемешку с сыростью.
— Ну, я пришла. Выкладывай, что тебе надо. — Микаса кинула сумку на длинный кожаный диван, покрытый трещинами, а сама села на соседнее кресло.
— Успокойся. Просто поговорим. Вон, вода на столе. — Он кивнул на маленькую бутылочку, отпивая из такой же. — Мне, как и тебе, нужно, чтобы ты сейчас озвучила Йегеру любую причину, по которой отказываешься работать с ними дальше. Девочка ты умная, поэтому придумаешь. — Проследив, как пустела бутылка, он равнодушно махнул рукой в сторону двери, давая понять, что сказал все, что хотел.
— Когда мне было это нужно? — Микаса сложила руки на груди. — Слушай, Стив, ты можешь успокоиться? Продажи только выросли с тех пор, как я пришла. Я не буду увольняться. Это бред.
— Продажи — не спорю. В остальном остался стопор. И то, в каком направлении может двинуться творчество группы, мне не нравится. Попсовых рокеров, скачущих вокруг щели, расплодилось сейчас, как резиновых утят. На этом поприще Эрен проиграет в момент со своей скованностью, неумением по-настоящему заигрывать с девушками на сцене и чрезмерным романтизмом. Его песни хоть и хороши, но ты же слышала, что он пишет сейчас? Что это за дешевая пошлость штампованная? А его наброски? Он показал мне вчера свои зарисовки — дрянь из розовых соплей для малолеток. Чепуха о том, насколько сильно он любит, уже не в почете. Его стезя — драма. На этом он выезжал с самого начала группы. Хочешь, чтобы он загубил свою карьеру? Или думаешь, что он сможет смотреть на тебя спокойно, когда в тридцать уже станет ненужным и забытым? Смешно. Поэтому прошу по-хорошему. Объясняй причины. Я верну Флока на твое место. Или, после вчерашнего, есть еще в кандидатках одна весьма способная девушка.