– Пожалуйста, постарайтесь сохранять спокойствие. Уточните ваш адрес.
Я уже открыла рот, чтобы ответить, как вдруг из коридора донеслись крики.
Моя соседка по несчастью замерла от ужаса, беззвучно хватая ртом воздух, пока грузные шаги снаружи неумолимо нарастали, приближаясь к нашей кабинке.
Нужно было срочно что-то придумать. Попытка бегло осмотреться принесла только отчаяние: ни одной тяжёлой вещи и ни одного предмета, которым можно было бы защититься.
– Вы слышите меня? – раздался мужской голос в телефоне.
Я осторожно встала на крышку унитаза, цепляясь за стены кабинки, чтобы удержать равновесие. Женщина поспешила за мной. Я уже хотела начать диктовать адрес, как дверь порывисто распахнулась.
Палец судорожно полоснул по экрану, сбрасывая вызов, и дисплей тут же потух, оставив нас в полумраке.
По коридору у умывальников донёсся размеренный топот. Женщина тихо всхлипнула, но я накрыла её рот ладонью.
– Здесь кто-то есть? – прогремел низкий мужской голос с другой стороны двери.
– Пока не знаю, но, кажется, слышал чей-то всхлип, – отозвался второй помоложе, с неприятным, глумливым смешком.
Я затаила дыхание.
Тяжёлые шаги неумолимо приближались, перемежаясь со скрипом чужих подошв. Один из незнакомцев медленно двинулся прямо вдоль ряда, методично заглядывая под перегородки, которые не доставали до пола.
Казалось, сердце грохотало так громко, что его было слышно за дверью.
Внезапно в главном холле раздался оглушительный грохот падающих стеллажей и звон разбитого стекла. Мы ещё сильнее вжались в стену, стараясь не выдать себя ни единым звуком.
– Ну что? Там точно никого нет?
В висках стучало, выбивая бешеный, панический ритм, пока всё внутри застывало, будто тело до краёв наполнили жидким свинцом. После мучительной паузы последовал сдавленный ответ:
– Нет… Никого.
Мы обе беззвучно выдохнули. Неужели… это шанс? Мы выживем? Я подняла взгляд вверх, сдерживая слёзы.
Раздались удаляющиеся звуки. Стоило мне убрать ладонь от лица женщины, как она посмотрела на меня с безумным, выплаканным облегчением.
Пожалуйста. Пусть они уйдут. Пусть всё закончится… Осталось только снова набрать полицию. «Мы выживем», – снова и снова крутились в голове слова, как молитва.
И в этой хрупкой, обманчивой паузе внезапно раздался звонок – громкий, весёлый, совершенно абсурдный рингтон.
Мы вздрогнули, чуть не упав. Округлившиеся серые глаза застыли в немой гримасе животного ужаса; не слушающимися руками женщина лихорадочно полезла в карман куртки и лишь со второй попытки сумела заткнуть проклятый мобильник. В эту секунду я готова была прикончить её сама.
– Стой. Я что-то слышал! – выкрикнул звонкий голос снаружи.(заменить звонкий)
Я до боли стиснула зубы, слушая, как шаги возобновились и с каждым мгновением становились всё ближе.
Бежать? Защищаться? Где? Чем?
– Я знаю, что ты тут. Выходи, – бодрый голос разносился эхом от стены к стене.
Он был уже рядом.
Дверь соседней кабинки слегка скрипнула, и в этот момент моя спутница мёртвой хваткой вцепилась в моё плечо, едва удерживая равновесие. Я лихорадочно обвела глазами тесное пространство в поисках любой, даже самой безумной лазейки, но снизу было не пролезть, а перемахнуть через высокий верх перегородки казалось невозможным.
– О, симпатичный чемоданчик, – раздался свист, и мужчина двинулся дальше.
«Ну спасибо, урод», – эхом пронеслось в моей голове.
И снова – гулкий, размеренный стук подошв по кафелю, который на этот раз затих прямо перед нашей дверью.
– Брось. Либо открывай дверь по-хорошему… либо я стреляю.
Он растягивал слова с ленивым удовольствием, словно смакуя каждую букву, и этот вкрадчивый тон впивался в сознание не хуже отточенного лезвия.
Забавно, всю жизнь я жила так, будто никогда не умру. А сейчас в голову била только одна мысль: это просто сон. Ночной кошмар, от которого нужно непременно проснуться… Но я не просыпалась.