Толпа эмеров замерла, став переглядываться между собой. У кого-то губы скривились в отвращении, у кого-то – в ужасе.
– Тогда пусть докажет это, – раздалось из толпы.
И тут в мою сторону метнулось лезвие. Движение было настолько предсказуемым и медленным для меня, что я поймал его, не удостоив бросок даже вздохом.
Сердце сжалось в ледяной ком, пока я медленно поднёс клинок к ладони. Холод металла, прикоснувшегося к коже, сменился резкой, отрезвляющей болью.
Пальцы непроизвольно сжались в кулак. Тёплая кровь скатилась по коже и упала на рану Аники, уже пропитанную алым. Две крови, её и моя, соединились.
Внутри всё переворачивалось от глухого раскаяния и паники: а если ошибся? Если мы не связаны?
Эмеры не двигались. И, впервые их вытянутые лица излучали не враждебные, а… потрясение. Однако секунды шли, и в звенящей пустоте ничего не происходило. Толпа разочарованно качнулась назад, словно зрители, у которых бесцеремонно сорвали финал зрелищного спектакля.
Я повернул голову к Финну – тот смотрел сдержанно, с видом друга, который уже пожалел, что признал меня своим. Проблем теперь у него будет немало…
– Смотрите! – вдруг выкрикнул один из них, указывая когтистым пальцем на берег.
Я резко обернулся к Анике.
Над её телом поднималось густо-багровое, как расплавленный рубин, сияние.
Увиденное заставило меня окончательно онеметь – сухие догадки в секунду превратились в неопровержимый факт, заставив кого-то в толпе шокировано ахнуть и отпрянуть.
– Сияние родственных душ… – донеслось от эмеров.
Взгляд на секунду выхватил Никерию, пару Финна. Она таращилась на свет с нескрываемым испугом, синие волосы облепили впалые скулы, образуя на коже узор, похожий на сеть.
– Этого не может быть… – зашептали они.
Мир поплыл перед глазами, но я выпрямился, цепляясь за сознание:
– Мне нужна ваша помощь.
Никерия вышла вперёд со змеиной грацией, и между её бровей залегла глубокая, упрямая морщинка:
– Озеро Жизни не исцеляет людей.
От резкого движения нестерпимая боль вновь полоснула по мышцам, но я лишь жёстче сощурился, глядя прямо на эмерку:
– Знаю. Но разве мы не можем попробовать? Люди тоже не должны быть связаны с нами... но, увы, времена меняются.
Эмеры снова переглянулись. Шёпот, похожий на рябь, пробежался по кругу.
– Если она его истинная пара, боль от утраты может повлиять вплоть до потери сил, – слышались обрывки фраз.
Перспектива потерять магию из-за какой-то смертной сковала меня изнутри ледяным ужасом: в памяти тут же всплыла старая легенда о безумце, который отдал всю свою искру ради спасения чужой жизни и навсегда остался без сил. Глупость, настоящее безрассудство – для любого из нас такой выбор приравнивался к добровольному самоубийству.
– Несите её в воду, – процедил Финн, с явной досадой полоснув по моему лицу тяжёлым взглядом. – Если это причиняет боль одному из нас… мы обязаны хотя бы попытаться.
Никерия яростно зашипела и шагнула на сушу, отчего её нагое тело причудливо замерцало россыпью лазурной чешуи. Подойдя вплотную, эмерка бесцеремонно прикоснулась острым, как скол ракушки, ногтём к моей щеке:
– Ты хочешь осквернить наши воды... человеком?
Я неподвижно выдержал этот давящий взгляд, заставив Никерию настороженно опустить руку, но в следующую секунду её внимание резко скользнуло мимо меня, устремляясь вглубь леса.
И тогда я увидел их – из-под сени деревьев, бесшумно, как тени, вышли несколько фигур.
– Теркены, – процедила она, ощетинившись.
– Ты один из них? – донёсся голос одного из эмеров.
Никерия вновь обернулась ко мне. Я почувствовал, как сердце сжимается от боли, но успел перевести внимание на Финна. Он молчал, не выдал меня.
Я кивнул, вкладывая в этот жест всю возможную уверенность.
– Где ты её нашёл? – спросила Никерия, не сводя внимания с теркенов.
– С помощью одного из эфиров мне удалось раздобыть кольцо элемордов, которое долгое время бесполезно пылилось в их закрытом хранилище, – ответил я, тщательно взвешивая каждое слово. – Из-за давнего интереса к людям пришлось просить старого друга о помощи, и тот пошёл навстречу, обеспечив проход за купол. Но стоило мне пересечь грань наших миров и оказаться на той стороне, как магия связи отозвалась дикой болью и притащила прямиком к умирающей девчонке. Мне пришлось забрать её с собой и приволочь сюда, чтобы просто не погибнуть от этой физической муки самому.