– Да кто ты вообще такой?
Тарен замер, и его взгляд на мгновение отвлечённо скользнул по лесу, точно высматривал кого-то.
– Земли Рафоры делятся на несколько частей. Лесная Долина – здесь живут теркены. Водные Земли – дом эмеров. Есть ещё Долина Ветров – обитель эфиров, но они живут в горах, подальше. Вместе мы – рафеллы.
Тарен выжидающе посмотрел на меня.
– Не слишком сумбурно? Я понимаю: объём информации для обычного человека пугающий, особенно в твоём состоянии.
Древний лес вокруг нас словно в одно мгновение затих, а все звуки и краски природы сделались приглушёнными, уступая место звенящей тишине. Окончательно теряя рассудок от происходящего, я неожиданно прыснула от нервного, истерического смеха и растерянно развела руками:
– Да не вопрос! Долина Ветров, Водные Земли – это ж мелочи! А у вас там случаем нет главных этих Долин? – ядовито бросила я через плечо, плотно скрестив руки на груди.
Тарен чуть приподнял бровь, не утруждая себя поворотом головы.
– У нас вообще много чего есть, включая терпение… Которое пока что ещё не подошло к концу, – наконец он обернулся, и в выражении лица промелькнула тень усталой иронии. – И да, элеморды. Рад, что ты начала интересоваться политическим мироустройством.
Внутри вспыхнуло некое дикое, не знакомое ранее чувство. Я подошла ближе и ткнула пальцем в грудь Тарена.
– А ты кто? Из Долины Клоунов, да?
Мужчина с прежним леденящим спокойствием аккуратно отодвинул мою руку в сторону, и на его безупречном лице при этом не дрогнул ни один мускул. Тарен замер в молчании, точно собираясь что-то сказать, но в последний момент передумал.
– Возможно, когда-нибудь ты поймёшь, насколько это всё далеко от шутки.
Я устало потёрла виски. Что, если всё это правда? Что, если обратной дороги действительно нет? Подавив вспышку гнева и чувствуя, как на смену агрессии приходит удушливая, глухая растерянность, задала свой следующий вопрос:
– Как я здесь оказалась?
– Я нашёл твоё тело в аэропорту... – Тарен ненадолго замолчал, подбирая нужные слова. – Оставаться в том разрушенном здании было верной смертью, поэтому пришлось переправить тебя в наш мир, где Озеро Жизни полностью исцелило твою плоть.
Я промолчала, и он, найдя нужные слова, продолжил уже более серьёзно:
– Но оно не просто залечило раны. Живая вода изменило твоё тело, адаптировало под наш мир.
Внезапно что-то кольнуло меня в сердце, заставив на секунду задержать дыхание. Прямо под рёбрами внезапно разлилось неестественное, пугающе пульсирующее тепло, словно внутри моей грудной клетки запустился какой-то невидимый, сложный механизм, а кончики пальцев на мгновение полностью онемели. Моё тело выглядело как прежде, но ощущалось совершенно иначе, будто оно лишь притворялось моим.
– Но зачем ты меня спас?
Между нами мгновенно повисла тяжёлая, звенящая тишина. Горькое осознание того, что прямого ответа от Тарена всё равно не добиться, заставило наконец нарушить затянувшуюся паузу и перевести тему:
– Значит, мир людей граничит с вашим?
Он задумался, и ветер, игравший в волосах, на мгновение скрыл лицо за прядями.
– Не совсем, – после долгого раздумья отозвался мой спутник. – Граница и защитный Купол – это лишь видимая вам иллюзия, ведь на самом деле ваши земли не просто соседствуют с нашими. Мы создали вас.
– Что? – я едва не оцепенела от ужаса этого признания. – Зачем?
– Нужна была структура разумной жизни. Похожая на нас, но с возможностью… отдачи. Наши земли постепенно истощаются, и для поддержания баланса им постоянно требуется некое топливо, а человеческие души – это чистейшая энергия, веками питающая Рафору.
Я не сразу поняла, что перестала дышать. Создали? Нас…? Как можно жить и не знать, что ты – чей-то ресурс?
– Люди – результат усилий каждой расы. Строительный материал, который удобно не замечать, пока он работает.
По спине скользнула капля пота. И пока изумрудные листья в кронах продолжали безмятежно шептаться, меня окончательно накрыла удушливая волна ужаса: я стояла совершенно одна, запертая внутри собственного разума посреди чужого мира, где абсолютно всё было чужим. Включая меня саму.