– Какими?
– Самая банальная мутация плоти, – хладнокровно пояснил он, перечисляя ужасы с пугающим спокойствием. – Твоё новое тело в процессе перерождения могло полностью деформироваться, внутренние органы – вывернуться наружу, а изменённая кожа – кусками отмереть прямо на костях.
Во рту мгновенно появился горький, металлический привкус, а глубоко в груди сжалось тяжёлое, леденящее ядро первобытного страха.
– Как я уже сказал, ты первая из людей, кого воскресила живая вода. Все будут смотреть. Поэтому постарайся не привлекать лишнего внимания и без того.
***
По мере того как мы продвигались вглубь Молочного леса, окружающие деревья становились всё более массивными, древними и пугающими. Вековые дубы возвышались вокруг нас настоящими гигантами, и чтобы просто обойти один из таких, потребовалось бы несколько долгих минут непрерывной ходьбы.
Где-то в густой, раскидистой тени их крон я то и дело замечала притаившиеся силуэты местных жителей, которые с нескрываемым удивлением и настороженностью сворачивали головы в нашу сторону. Подавшись страху, я инстинктивно крепче сжала руку Тарена.
– Не обращай внимания, – тихо прошептал он.
Но в следующий момент я притормозила и заворожённо взглянула на ближайший гигантский дуб, чьи мощные корни, словно узловатые руки великана, намертво обнимали каменистую землю. И прямо в стволе, искусно вписанная в борозды коры, виднелась небольшая дверь, украшенная сложной, переплетающейся резьбой. Вокруг неё мерцали крошечные разноцветные огоньки, отчего казалось, будто сам воздух вокруг этого странного жилища был густо усыпан настоящей звёздной пылью.
И лишь мгновение спустя я вдруг заметила, что всё это время мой спутник внимательно, не отрываясь, наблюдал за выражением моего лица.
– Я что, буду ночевать в похожем месте?
Тарен лишь указал куда-то дальше по тропе. Мы двинулись в путь, но лес вдруг изменился: краски поблёкли, звуки исказились, а пространство между деревьями наполнилось густой, дышащей угрозой.
***
– Почему я не могу остаться с тобой? – вырвалось у меня, когда мы завернули за поворот. – Я ведь ничего не прошу, просто… во всем этом кошмаре ты – единственный, с кем хоть как-то знакома. А та странная женщина… У неё самые настоящие копыта, Тарен.
Он промолчал, хмуро сощурив глаза, в глубине которых на секунду промелькнула холодная, опасная искра.
– Знакомство – призрачное утешение. Ты знаешь мою форму, но не мою суть. Я не гарантия твоей безопасности, Аника, поэтому не ищи во мне друга. И через время, возможно, ты поймёшь, что боялась не тех вещей.
И словно в подтверждение этих слов, из темноты между деревьями возникла уютно освещённая площадка, где нас уже ждала та самая Илира.
– Вернулись, наконец-то, – раздался приятный голос. Женщина с волосами, убранными наверх, и глазами цвета дубовой коры встретила нас с таинственной улыбкой. – Проходите, заварю вам чаю.
Я бросила на Тарена отчаянный, умоляющий взгляд, втайне надеясь, что тот передумает и не оставит меня здесь одну. В ответ на эту немую мольбу его ладонь сильнее, почти до боли сжала мои пальцы – короткое движение вышло резким, похожим на безмолвное, вынужденное прощание.
– Мне уже пора, – сказал Тарен, обращаясь к хозяйке.
Прежде чем окончательно отпустить мою руку, его пальцы задержались на мгновение дольше, чем следовало. Мне показалось, будто Тарен хотел что-то сказать, но лишь сжал губы и уже начал разворачиваться, когда я растерянно выпалила:
– Ты же вернёшься?
Он замер на несколько секунд и, помедлив, тихо произнёс:
– Вернусь.
– Пойдём, дитя, – раздался ласковый голос рядом. – Надеюсь, Тарен не слишком утомил тебя рассказами?
Я торопливо обернулась, но его силуэт уже бесследно исчез между густых деревьев, растворившись в полумраке. Оставшаяся со мной хозяйка дома смотрела на моё лицо с неожиданным и искренним теплом.